Бессмертный барак
Сохранено 1992948 имен
Поддержать проект

Бабель Исаак Эммануилович

Бабель Исаак Эммануилович
Дата рождения:
12 июля 1894 г.
Дата смерти:
27 января 1940 г., на 46 году жизни
Социальный статус:
писатель, переводчик, сценарист и драматург, журналист, военный корреспондент, член Союза советских писателей
Образование:
Киевский коммерческий институт, высшее
Национальность:
еврей
Место рождения:
Одесса, Украина (ранее Украинская ССР)
Место проживания:
Москва, Россия (ранее РСФСР)
Место захоронения:
Донское кладбище, Москва, Россия (ранее РСФСР)
Дата ареста:
15 мая 1939 г.
Приговорен:
Военной коллегией Верховного Суда СССР 26 января 1940 года по обвинению в «антисоветской заговорщической террористической деятельности» и шпионаже (дело № 419). При аресте у него изъяли несколько рукописей, которые оказались навсегда утраченными (15 папок, 11 записных книжек, 7 блокнотов с записями)
Приговор:
к высшей мере наказания — расстрел
Реабилитирован:
Военной коллегией Верховного суда СССР 18 декабря 1954 года
  • ФОТОКАРТОТЕКА
  • ОТ РОДНЫХ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ФОТОКАРТОТЕКА
ОТ РОДНЫХ

Если Вы располагаете дополнительными сведениями о данном человеке, сообщите нам. Мы рады будем дополнить данную страницу. Также Вы можете взять администрирование страницы и помочь нам в общем деле. Заранее спасибо.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Летом 1938 года президиум СП СССР утвердил Бабеля членом редсовета Государственного издательства художественной литературы (ГИХЛ).

15 мая 1939 года Бабель был арестован на даче в Переделкине по обвинению в «антисоветской заговорщической террористической деятельности» и шпионаже (дело № 419). При аресте у него изъяли несколько рукописей, которые оказались навсегда утраченными (15 папок, 11 записных книжек, 7 блокнотов с записями). Судьба его романа о ЧК остаётся неизвестной. В 1939 году Арам Ванециан начал писать портрет Бабеля, оказавшийся последним прижизненным портретом писателя.

На допросах Бабеля подвергали пыткам. Его вынудили признать связь с троцкистами, а также их тлетворное влияние на своё творчество и факт того, что он, якобы руководствуясь их наставлениями, намеренно искажал действительность и умалял роль партии. Писатель также «подтвердил», что вёл «антисоветские разговоры» среди других литераторов, артистов и кинорежиссёров (Ю. Олеша, В. Катаев, С. Михоэлс, Г. Александров, С. Эйзенштейн), «шпионил» в пользу Франции. Из протокола:

Бабель показал, что в 1933 году через Илью Эренбурга он установил шпионские связи с французским писателем Андре Мальро, которому передавал сведения о состоянии Воздушного флота.

Военной коллегией Верховного Суда СССР он был приговорён к высшей мере наказания и был расстрелян на следующий день, 27 января 1940 года. Расстрельный список был подписан Секретарём ЦК ВКП(б) И. В. Сталиным. Прах писателя захоронен в Общей могиле № 1 Донского кладбища.

С 1939 по 1955 год имя Бабеля было изъято из советской литературы. В 1954 году посмертно реабилитирован. При активном содействии Константина Паустовского, хорошо знавшего Бабеля и оставившего о нём тёплые воспоминания, после 1956 года Бабель был возвращён в советскую литературу. В 1957 году был издан сборник «Избранное» с предисловием Ильи Эренбурга, который назвал Исаака Бабеля одним из выдающихся писателей XX века, блестящим стилистом и мастером новеллы.

Писателя Исаака Бабеля, которого у нас давно признали классиком, а мировая литературная критика называет русским Мопассаном. Крупнейший американский философ, энциклопедист Гарольд Блум поместил Бабеля в список сотни «наиболее творческих умов человечества».

Бабель отметил и описал метод расправы ЧК путем в буквальном смысле затаптывания человека, которое возводилось в принцип. И с Бабелем после ареста особо не церемонились, «затаптывание» — пытки начались немедленно после ареста и не прекращались, пока он не признал себя "членом троцкистской организации и агентом сразу двух западных разведок". Четыре раза после этого он письменно отказывался от своих показаний, что, конечно, не повлияло на вынесение смертного приговора 26 января 1940 года с приведением его в исполнение на следующий же день.

Бабель писал, объясняя свое погружение в революционную романтику: «Мудрость дедов сидела в моей голове: мы рождены для наслаждения трудом, дракой, любовью, мы рождены для этого и ни для чего другого... Я отказался стать конторщиком. Уже в ту пору — двадцати лет от роду — я сказал себе: лучше голодовка, тюрьма, скитания...» Пытки и расстрел в список он не включил.

Впрочем, правда о расстреле выяснилась только спустя много десятилетий, потому что даже когда в 1954 году великий писатель был реабилитирован, госбезопасность утверждала, что он не был расстрелян, а умер своей смертью от болезни сердца 17 марта 1940 года. За эту ложь никто не ответил, как и за пытки, и смертный приговор. Поразительно, как сложившаяся в годы Гражданской войны вседозволенность (не просто покарать, но перед этим как следует поиздеваться) затем перешла в методы работы советских карательных органов и, к несчастью, не изжита до сих пор. Как ни переименовывай милицию и другие органы, а куда деть эту уже почти вековую традицию...

Бабель был одессит — выходец, по его словам, из «значительного и очаровательнейшего города, в котором создалась атмосфера легкости и ясности, причем одессит противоположен петроградцу». Там много солнца, описания которого, «настоящего радостного, ясного описания», по мнению Бабеля, никогда не было в русской литературе. Нет его и до сих пор. Возможно, Бабель мог дать описание солнца, но ему это уже не позволили. Потому что Бабель смог бы вооружить, его же словами говоря, «армию слов, армию, в которой движутся все виды оружия; никакое железо не может войти в человеческое сердце так леденяще, как точка, поставленная вовремя».

Пирожкова Антонина Николаевна

Она была замужем всего семь лет. Потом 15 лет ждала мужа из сталинских лагерей, не зная, что он расстрелян. И до конца жизни собирала его письма, черновики, воспоминания современников, по крупицам восстанавливая для нас то, что осталось от Исаака Бабеля.

«Однажды он рассказал с какой-то стеснительной усмешкой, что женился на дивной женщине, с изумительной анкетой — мать неграмотная, а сама инженер на Метрострое, и фамилию ее вывешивают на Доску почета. Фамилия ее Пирожкова. К концу рабочего дня он прибегает в Метрострой за Пирожковой и в ожидании ее прихода волнуется — есть ли ее фамилия сегодня на Доске почета?
Однажды он пришел в Горки из Молоденова с прелестной, очень красивой молодой женщиной, необычайно женственной, но отнюдь не лишенной затушеванных властности, воли и энергии.
Нам он сказал: „Вот Пирожкова Антонина Николаевна, знакомьтесь“, — и тут же что-то со смешком упомянул об анкетных данных. Антонина Николаевна взметнула на него свои светлые, какие-то по всему лицу раскинувшиеся глаза и строго на него посмотрела. Бабель не то чтобы смутился, но осекся как-то. Но все равно у него было очень счастливое лицо».
Валентина Ходасевич. «Каким я его видела»
«Анкета» у Антонины и впрямь была незаурядной. Она родилась в 1909 году в селе Красный Яр Томской губернии. В 1930 году окончила Сибирский Томский технологический институт им. Ф.Э. Дзержинского. Работала в конструкторском бюро Кузнецкстроя, а после переезда в Москву поступила в Метропроект, впоследствии став главным конструктором этого института. Пирожкова была одной из первых, кто проектировал Московский метрополитен, в том числе станции «Маяковская», «Павелецкая», «Арбатская», «Киевская» и «Площадь Революции». Коллеги считали её одним из самых талантливых инженеров-проектировщиков.
С Бабелем Антонина познакомилась в 1932 году.
Иван Павлович представил меня Бабелю:

— Это — инженер строитель, по прозванию Принцесса Турандот.
Иванченко не называл меня иначе с тех пор, как, приехав однажды на Кузнецкстрой, прочел обо мне в стенной газете критическую заметку под названием:
«Принцесса Турандот из конструкторского отдела»...
Бабель посмотрел на меня с улыбкой и удивлением, а во время обеда все упрашивал выпить с ним водки.
— Если женщина — инженер, да еще строитель, — пытался он меня уверить, — она должна уметь пить водку. Пришлось выпить и не поморщиться, чтобы не уронить звания инженера-строителя.

Из воспоминаний А. Пирожковой.

Спустя два года они стали жить вместе. К тому моменту Бабель уже дважды вступал в семейные отношения. В 1919 году он женился на дочери богатого предпринимателя Евгении Гройнфайн. В 1925 году Евгения уехала в Париж, и тогда Бабель на некоторое время сошелся с актрисой Татьяной Кашириной, у них даже родился сын Эммануил, но вскоре Бабель выехал за границу и воссоединился с законной супругой — в 1929-м у них родилась дочь Наталья. А вот с Антониной они так и не оформили отношения.
Читая воспоминания Антонины Николаевны, не устаешь поражаться тому, насколько разными были эти двое. Она — молодая, изящная, великолепная красавица. Он старше её на 15 лет — приземистый, с короткой шеей, в очках, весь какой-то «подозрительный тип». Бабель был весь посвящен литературе, творчеству. Его жена с раннего утра и до позднего вечера пропадала на работе в Метропроекте.

Бабель неизменно подшучивал над женой в кругу друзей. Например, представлял ее как «девушку, на которой хотел бы жениться, а она не хочет», хотя они давно уже жили вместе. Или на разные лады повторял заголовок стенгазетной статьи о своей жене-конструкторе — «Равняйтесь по Пирожковой». Или рассказывал, что женился на поповской дочке, хотя отец Антонины только жил в детстве в семье священника и никогда никакого отношения к церкви не имел. А еще он патологически любил дарить друзьям свои вещи: галстуки, фотоаппараты, часы — и часто, забывшись, мог подарить что-нибудь из вещей жены!
А она не обижалась. Без Бабеля, без его шуток ей, увлеченной своей работой и имеющей насыщенную жизнь, было скучно. Он открывал ей другой мир — и этот мир она потом по памяти восстанавливала долгие десятилетия.

В 1937-м у них родилась дочь Лида. Бабель до умопомрачения любил детей, но ни одного из собственных ему не удалось вырастить. Сын Эммануил вырос под другой фамилией, и настоящему отцу не разрешали с ним видеться. Дочь Наташа росла во Франции. Увидеть, как растет Лида, ему тоже было не суждено.
Когда начались аресты друзей, он долго не мог понять: почему те, кто пятнадцать лет назад делал революцию, признаются на допросах в измене и шпионаже?
«Я не понимаю, — по словам жены, повторял Бабель. — Они же все смелые люди».

Родственники арестованных просили его хлопотать. Он покорно шел к знакомым начальникам, кто со дня на день сам мог стать добычей «черного воронка», разговаривал с ними, бессмысленно и долго, и понурым, чернее тучи, возвращался домой. Помочь он не мог. Антонина видела, что муж страдает. Но что могла она? Только представить его сердце в разрезе, большое, израненное и кровоточащее. «Хотелось взять его в ладони и поцеловать». Просьбы и звонки не прекращались. Последние силы оставляли Бабеля. Маленькая дочка Лидочка по его просьбе подходила к телефону и взрослым голосом произносила: «Папы нет дома, — как-то решив, что сказано слишком мало, совершенно по-бабелевски присочинила от себя: — Потому что он ушел гулять в новых калошах». Вскоре за Бабелем пришли тоже.
Чекисты опасались, что Бабель станет сопротивляться, поэтому прикрылись во время ареста молоденькой женой. Они забрали Антонину из дома в пять утра и заставили ехать с ними на дачу к мужу. Увидев ее, Бабель не пытался бежать или драться, дал себя обыскать. Из Переделкина на Лубянку их тоже везли в одной машине. Под суровыми взглядами, улыбнувшись Бабелю, Антонина сказала, что будет думать, что он просто уехал в Одессу.

Исаак Бабель был арестован 15 мая 1939 года и уже 27 января 1940-го — расстрелян. Ни его мать, ни Антонина о расстреле извещены не были. На каждый запрос о его судьбе Антонина неизменно получала ответ, что ее муж «жив и отбывает срок в заключении на стройках народного хозяйства в Сибири». Только в 1954-м, после смерти Сталина и посмертной реабилитации Бабеля она узнала правду.

Она так и не вышла замуж. Занималась любимой работой, проектировала метро и курортные дворцы на Кавказе, преподавала. Еще до 1954 года начала собирать материалы по жизни и творчеству мужа. Стала составителем сборника, в который вошли воспоминания о Бабеле — Утесова, Паустовского, Эренбурга... Написала книгу «Я пытаюсь восстановить черты». Литературоведы называли ее «последней великой вдовой».
В 1996-м Антонина Николаевна уезжает в США, к любимому внуку — актеру и режиссеру Андрею Малаеву-Бабелю. В 87 лет начинать новую жизнь — многие отговаривали ее от этого, мол, что она там будет делать. «Писать мемуары», — отвечала Антонина Николаевна. О Бабеле? «Нет, с Бабелем у меня всё закончено. Я прожила свою интересную жизнь».

Умерла она в 101 год, 12 сентября 2010 года. Ее внук впоследствии написал: «Она родилась в сибирском селе Красный Яр за год до ухода Толстого из Ясной Поляны и умерла в городе Сарасота, штата Флорида, успев проголосовать за первого в истории Америки чернокожего президента». Своего мужа она пережила на 70 лет.

Бабель Исаак Эммануилович Проект Бессмертный барак

Короткие и порой отрывочные сведения, а также ошибки в тексте - не стоит считать это нашей небрежностью или небрежностью родственников, это даже не акт неуважения к тому или иному лицу, скорее это просьба о помощи. Тема репрессий и количество жертв, а также сопутствующие темы так неохватны, понятно, что те силы и средства, которые у нас есть, не всегда могут отвечать требованиям наших читателей. Поэтому мы обращаемся к вам, если вы видите, что та или иная история требует дополнения, не проходите мимо, поделитесь своими знаниями или источниками, где вы, может быть, видели информацию об этом человеке, либо вы захотите рассказать о ком-то другом. Помните, если вы поделитесь с нами найденной информацией, мы в кратчайшие сроки постараемся дополнить и привести в порядок текст и все материалы сайта. Тысячи наших читателей будут вам благодарны!