Бессмертный барак
Дворжецкий Вацлав Янович
Дворжецкий Вацлав Янович
Дата рождения: 3 августа 1910г.
Дата смерти:11 апреля 1993г., на 83 году жизни
Социальный статус:
актёр театра и кино. Народный артист РСФСР (1991)
Образование:
неоконченное высшее
Место рождения: Киев, Украина (ранее Украинская ССР)
Место проживания: Киев, Украина (ранее Украинская ССР)
Место захоронения:Бугровское кладбище место массовых расстрелов (ранее Красное, Новое), Нижний Новгород (ранее Горький), Нижегородская область (ранее Горьковская), Россия
Места проживания:Нижний Новгород (ранее Горький), Нижегородская область (ранее Горьковская), Россия
Место заключения:Белбалтлаг исправительно-трудовые лагеря Беломоро-Балтийского канала, Архангельская область, Россия
Национальность:
поляк
Дата ареста: 30 января 1930г.
Приговорен:
Первый арест: Судебной тройкой при коллегии ГПУ УССР 20 августа 1930 года за "активное участие в кружке «ГОЛ» («группа освобождения личности»)" по ст. 80, 54-6-10-11 УК УССР, с 1929 по 1937 год провел в лагерях на строительстве железной дороги Пинюг — Сыктывкар, Беломоро-Балтийского канала, Туломской гидроэлектростанции, рудниках острова Вайгач; Постановлением КОГПУ от 14.10.1932 срок сокращен на 2 года. Второй арест: 1941 год, 5 лет лагерей, отбывал свой срок в Омском лагере. Работал землекопом, чертежником в мастерской авиаконструктора Туполева
Приговор:
10 лет исправительно-трудового лагеря
Реабилитирован:
Военным трибуналом Киевского военного округа 24 июля 1992 года
Книга Памяти:
Раздел: Актеры
Поделись историей в:
Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович. Дворжецкий Вацлав Янович.

Вацлав Янович ДВОРЖЕЦКИЙ
(1910-1993)

Можно без всякого преувеличения сказать, что Вацлав Дворжецкий был достопримечательностью города Горького. Им гордились. Еще бы - Дворжецкий снимался в кино, сыграл несколько десятков ролей и был известен на всю страну. Как бы сейчас сказали - звезда! Такая кинокарьера, прямо скажем, была (да и сейчас остается) редкостью для артиста из провинциального города. И хотя артист приехал в Горький уже зрелым - прочти пятидесятилетним - человеком, горьковчане сразу признали его за своего земляка, настоящего волжанина. Город любил его за яркие, интересные работы в театре. Голос Вацлава Яновича слышали по местному радио. Дворжецкий играл и в телевизионных спектаклях, снимался во многих телесериалах. В общем, в городе он был всегда на виду. Дворжецкий был видным человеком.

Вацлав Янович приехал в Горький в 1958 году по приглашению театра драмы. Приехал он уже сложившимся мастером, поскольку прежде много лет работал в драматических театрах Омска и Саратова. В Горьком Дворжецкий очень скоро обрел популярность. «На Дворжецкого» стали ходить специально.

Он удивлял зрителей и коллег-актеров огромным диапазоном своих возможностей, разнообразием ролей и невероятной способностью к перевоплощениям - как внутренним, так и внешним. Вацлав Янович, в отличие от многих своих коллег, очень любил создавать, «лепить» сценический образ с помощью сложного, порой причудливого, выразительного грима.

Но главным для него всегда было все-таки внутреннее перевоплощение. У Дворжецкого была необычайно пластичная артистическая натура. Он мог быть бесконечно разным - и на сцене, и в жизни. Но при этом в нем был некий стержень, некая человеческая и профессиональная константа, вокруг которой и объединялось все разнообразие его натуры.

Люди, знавшие его (а нужно заметить, что он был дружен или просто знаком с невероятным количеством самых разных людей), поражались широте его интересов и увлечений. Охота, рыбалка, сад, пчелы, собака, автомобиль, фотография, путешествия. Когда только появились любительские кинокамеры, Дворжецкий тут же начал снимать кино. Любил подводное плавание. По нынешним меркам акваланг и прочее снаряжение были у Вацлава Яновича весьма примитивными. Но дайвером он слыл отчаянным.

Он жил с удовольствием, азартом, интересом. У многих складывалось ощущение, что Дворжецкий идет по жизни играючи, что ему все дается легко и без проблем.

И лишь немногие люди знали, что в судьбе Вацлава Яновича есть тайна, что в его прошлом было немало трагических событий, тяжелых испытаний, что он был репрессирован, прошел через лагеря и тюрьмы.

Впрочем, сам Дворжецкий не делал из своего прошлого тайны. Если спрашивали, рассказывал отдельные факты, вспоминал какие-то детали. А однажды по областному радио он прочитал главы из своей книги «Пути больших этапов». Так о его судьбе узнали все. Тогда, в восьмидесятые и девяностые годы, о сталинских репрессиях стало известно очень многое. На головы людей вылилось море информации о недавнем прошлом страны. Казалось бы, после всего этого, после «Архипелага ГУЛАГ» Солженицына наступил болевой предел - сильнее и глубже потрясти душу уже невозможно.

Но даже в этом длинном ряду художественных и документальных разоблачений книга Вацлава Дворжецкого взволновала многих. Это была искренняя, эмоциональная исповедь о пережитом, горькая повесть бесконечных страданий и унижений. Но при этом -ироничная, даже веселая, жизнелюбивая, оптимистичная - одним словом, светлая книга.

В.Я. Дворжецкий родился в 1910 году в Киеве. Социальное происхождение - дворянин. Национальность - поляк. Учился в кадетском корпусе, в гимназии, затем - в трудовой школе. В 1926 году стал студентом политехнического института. Параллельно закончил полный курс театральной студии при польском театре. В 1930 году был арестован и осужден «особым совещанием» ОГПУ по ст.58 УК за участие в студенческой организации «Группа освобождения личности» («ГОЛ»).

Несколько месяцев шло следствие. Камера-одиночка, изнурительные допросы, издевательства. Девятнадцатилетний Вацлав даже не сразу понял, за что его арестовали. А когда понял, что следователей интересует «ГОЛ», написал весьма своеобразное признание-объяснение:

«Да - личность! Человек! Его талант, призвание, его ум, красота, все - индивидуально! Нельзя всех стричь под одну гребенку. Долой «прокрустово ложе»! Только свобода личности - путь к максимальному раскрытию человеческих способностей с наибольшей пользой для общества! Вот идея «ГОЛ».

Все, все подробно писал. Цель была - не скрывать свои идеи и проповедовать Свободу. И декабристов вспомнил, и французскую революцию, и революционеров-демократов, и победу Октября. А рассказывать что-либо о соучастниках, о своих единомышленниках и не намерен.»

Вацлав Дворжецкий был осужден на 10 лет лагерей. Начиналась новая жизнь, пересылки, этапы. Он строил железную дорогу и Беломорканал, работал на свинцовых и цинковых рудниках, рубил таежный лес. За эти годы ему довелось пройти через разные лагеря ГУЛАГа - Котлас, Пинега, остров Вайгач, Соловки, Медвежьегорск.

«Пятьдесят лет прошло, а все помнится! Закроешь глаза - вот оно все! И запахи. Запахи остались до сих пор. Запах этапа - всей длинной серой колонны - это запах пота, смешанный с запахом серы, навсегда пропитавшим одежду в жарилке, в вошебойке. Запах костра на стоянке, сохнувших портянок, подгоревших валенок. Запах хлеба. Того хлеба! Самый чудесный запах! Этот кусок черной глины жуешь, нюхаешь, вдыхаешь с наслаждением и не торопясь, чтобы полностью впитать этот источник жизни. Вот ощущение, которое запомнилось!»

За эти годы сотни, тысячи людей прошли перед его глазами. Интеллигенция и уголовники, охранники, начальники и работяги. Огромный бурлящий человеческий котел под названием лагерь. К нему нужно приспособиться, притерпеться, чтобы выжить. Но с лагерем нельзя смириться:

«Не дай бог впасть в состояние безнадежности: «Все равно гибель.каторга. отсюда не выйти. все пропало. бесполезно сопротивляться.. .ничего уже не поможет. конец. И действительно, наступает конец. Человек не умывается, не раздевается, вши его заедают, он избегает работы, чахнет от тоски, ничему не сопротивляется, тихо гибнет, превращается в доходягу. Это, к сожалению, судьба и участь большинства интеллигенции».

Вацлав был из тех, кто не смирялся. Что помогало ему выстоять? Его профессия.

«Я - актер. Всегда, везде и во всем - актер. И где бы я ни был, чем бы ни занимался, все окружающее я воспринимал по-особому. На все происходящее со мной я смотрел как бы со стороны. Было страшное любопытство: зачем все это? Что дальше? Имеет ли это какой-то смысл?... Я испытывал жадное удовольствие и даже наслаждение от возможности участия в этой жизни, от познания окружающей действительности. Конечно, я прекрасно знал и помнил, что нахожусь в заключении, но не это было главным! Удивительно: я в то время не стремился на свободу. Свобода всегда была внутри меня. Я мог внушать себе чувство независимости и свободы».

На острове Вайгач Дворжецкий работал в шахте. Но в первые же дни увидел клуб. И, конечно, тут же зашел. Хор разучивал «Смело, товарищи, в ногу». Через месяц Дворжецкий организовал целую концертную программу - «Живгазету».

«И - пошло! «Парады», «оратории», «концовки», «хоровая декламация», песни, танцы. Восемь часов я, как ненормальный, провожу в клубе. Тексты пишем сами, репетируем новые материалы на местные темы. Наконец, ставим спектакли. Вскоре наш клуб-театр становится подлинным культурным центром, а выступления «Живгазеты» и спектакли исключительно популярными. Их посещали все лагерники без исключения. Другого ведь ничего не было»

Еще в те годы проявилась его способность всегда и во всем находить радость. В каторжных условиях сурового северного острова Вайгач Дворжецкий с упоением занимался геологией. Поскольку с острова не убежишь, охрана там была не столь строгой, как на материке. Дворжецкий уходил с геологами на разведку, собирал образцы породы, составлял топографические карты. Возле одной из безымянных речек он открыл месторождение флюорита (плавикового шпата). И когда сделали общую топографическую карту, эту маленькую речку назвали «речка Дворж». Кстати, именно так - Дворж - его называли позднее коллеги в театре.

Когда Вацлава переводили в другой лагерь, он искренне горевал и прощался с островом Вайгач, как с родным. Но впереди Дворжецкого ждал подарок - «крепостной театр эпохи принудительного труда». С 1933 года Дворжецкому предстояло отбывать срок в карельском городе Медвежьегорске, где был настоящий театр.

«Великолепно оборудована сцена, зал, фойе. И труппа настоящая, профессиональная: директор, главный режиссер, актеры, певцы, музыканты, художники - все заключенные. И зрители все - заключенные. Хороший был зритель - непосредственный, жадный, голодный до зрелищ, разнообразный и ненасытный. Надо было видеть это «вавилонское столпотворение»! Многие вообще впервые в театре. Все советские республики. Все возрасты. Все статьи Уголовного кодекса».

Казалось бы, артисты имели некоторые послабления. Иногда их освобождали от тяжелых работ на лесоповале или в каменоломнях. Но они тоже работали в неволе, в тюрьме. Их наказывали, сажали в карцер, унижали, убивали.. В сущности, им было ничуть не легче, чем всем остальным.

«Заполярье. К зиме уже перебрались в барак и клуб был готов, но холодно было ужасно. Зрители сидят в бушлатах, в шапках, топают ногами - греются. Слабые лампочки светят робко, как в бане. Давали водевиль. Актриса в открытом платье отморозила соски (нарывы потом были). Температура на сцене до 20 градусов мороза (на улице минус 35 и вьюга). А завтра на работу, в котлован, скалу ковырять, тачки возить».

В 1937 году Вацлава Дворжецкого освободили - но с пометкой «минус 100». Это означало, что он не имеет права жить в крупных городах, уж не говоря о столице. Дворжецкий взял карту Сибири, закрыл глаза, ткнул пальцем и.оказался в Омске. Там он женился на балерине Таисии Рэй. В 1939 году у них родился сын Владислав - будущий известный киноартист. За 5 лет свободной жизни Дворжецкий очень многое успел сделать, сыграть большое количество ролей в театрах Харькова, Таганрога и Омска.

«В Омске ко мне хорошо относились, но. Дружить со мной было непохвально, что ли, не особенно престижно и небезопасно. Про меня все знали. Я не афишировал ничего, но и не скрывал. В анкетах писал правду: «Соц.происхождение - дворянин. Судимость - Особое совещание ОГПУ, статья 58, срок 10 лет. Это тебе не Герой Соц.Труда, не орденоносец, а «недострелянный классовый враг».

В 1941 году Дворжецкого снова арестовали и осудили на 5 лет лагерей - просто за то, что сидел раньше. Он отбывал свой срок в Омском лагере. Работал землекопом, чертежником в мастерской авиаконструктора Туполева. И само собой - стал руководителем «центральной культбригады».

«Острые критические выступления с эстрады (а шутам и комедиантам все дозволено) помогали улучшить питание, облегчить режим и прочее. Я начисто отключил себя от сознания, что нахожусь в лагере, что я без всякой вины, несправедливо оторван от семьи, лишен свободы, театра. Я жил! Я занимался любимым делом. Я верил, я видел, что мы помогаем преодолевать чувство безнадежности. Мы воодушевляли людей и сами обрели чувство свободы...В культбригаде не было плохих людей...Бывший редактор «Омской правды» (фамилию не помню, обнаружил я его в очередном этапе, больного, опухшего, почти слепого - очки потерял, зубы выбиты, грязный, заросший - кошмар!) - три месяца мы его откармливали, отмывали, лечили, одевали. Отличный журналист!»

Как хотелось бы в этом сборнике процитировать книгу Дворжецкого от первой до последней строчки! Но пришлось ограничиться лишь отдельными фрагментами. К сожалению, сам автор не увидел свою книгу напечатанной. Она была опубликована уже после смерти Вацлава Яновича. Но и сегодня она о многом заставляет задуматься.

«Кончились мои «пути больших этапов». Но я продолжал ощущать нашу жизнь как большой Лагерь, размером со всю нашу страну.И лагерный жаргон, и взаимное недоверие, и нравственный принцип: «Бери все, что плохо лежит» и «Настучи на другого, пока он не успел на тебя настучать». И еще - скотское иждивенчество: «Скажут, что надо; пошлют, куда надо; решат, как надо. Молчи!... В то время, как каждый человек - личность!»

Его освободили в 1946 году - и снова с пометкой «минус 100». Дворжецкий начал работать в Омском драматическом театре, позднее - в Саратовском. В 1956 году с него сняли судимость по второму сроку (кстати, судимость по первому сроку была снята с артиста только в 1992 году).

А в конце 50-х годов Вацлав Янович с женой - режиссером Ривой Яковлевной Левите - перебрался в Горький. Здесь родился их сын Евгений, в будущем - еще один известный и талантливый актер в артистической династии Дворжецких.

Горький стал для артиста родным городом. И хотя с конца 60-х годов и до самой смерти в 1993 году Вацлав Янович часто уезжал на киносъемки в столицу, у него никогда не возникало мысли перебраться туда на постоянное жительство. В 1970 году режиссер Галина Волчек пригласила Вацлава Яновича сыграть

роль в спектакле «НЛО» театра «Современник». Лестное предложение, но из-за него Дворжецкому приходилось постоянно ездить в Москву, совмещать график съемок в кино с театром. Так продолжалось три сезона. Затем он с облегчением отказался от этой удачной, как все говорили, роли в «Современнике» и занялся своими любимыми делами - рыбалкой, садом. Он и от работы в Горьковском академическом драмтеатре отказался. Ушел на пенсию из театра ровно в 60 лет - как отрезал. И только один раз вернулся в театр, чтобы сыграть в спектакле «Марат-Сад». А вот от кино отказываться не хотел. Продолжал сниматься активно и очень много.

У этого талантливого актера не было никаких наград и званий. И лишь в конце жизни он получил звание народного артиста - сразу, минуя звание заслуженного. Впрочем, Дворжецкий к наградам относился иронически. Когда в Москве в ЦДРИ праздновали присвоение ему звания «Народный артист», Дворжецкий вышел на сцену в костюме Луки из пьесы Горького. Костюм представлял собой живописные лохмотья с нашитыми, и особенно густо - ниже спины, многочисленными почетными грамотами. И хотя Вацлава Яновича не баловали официальными наградами и званиями, у него было главное - звание любимого зрителями артиста.

Его любили не только за талант, эту божью искру, которая вела его по жизни. Любили и за чувство собственного достоинства. За крепкий характер. В последние годы он практически ослеп. Сказались годы в лагерях. Но так же прямо держал спину. Никому не показывал слабости. Не жаловался. До самой старости, до последних дней жизни он был красивым, статным, видным мужчиной. Таким он и остался в памяти у многих горьковчан-нижегородцев.

Дворжецкий Вацлав Янович Бессмертный барак

Короткие и порой отрывочные сведения, а также ошибки в тексте - не стоит считать это нашей небрежностью или небрежностью родственников, это даже не акт неуважения к тому или иному лицу, скорее это просьба о помощи. Тема репрессий и количество жертв, а также сопутствующие темы так неохватны, понятно, что те силы и средства, которые у нас есть, не всегда могут отвечать требованиям наших читателей. Поэтому мы обращаемся к вам, если вы видите, что та или иная история требует дополнения, не проходите мимо, поделитесь своими знаниями или источниками, где вы, может быть, видели информацию об этом человеке, либо вы захотите рассказать о ком-то другом. Помните, если вы поделитесь с нами найденной информацией, мы в кратчайшие сроки постараемся дополнить и привести в порядок текст и все материалы сайта. Тысячи наших читателей будут вам благодарны!