Бессмертный барак
Сохранено 2137633 имен
Поддержать проект

31 октября 1961

В ночь с 31 октября на 1 ноября 1961 года /60 лет назад/ по решению ХХII съезда КПСС тело Сталина изъяли из мавзолея и ночью тайно зарыли у Кремлевской стены. Долгое время его могила представляла из себя небольшой холм, накрытый плитами. Лишь в конце 1969 года на его могиле был установлен гранитный бюст.

Впоследний день работы ХХII съезда КПСС, 30 октября 1961 года, в регламенте заседания произошли внезапные изменения.

Ведущий собрание Николай Шверник неожиданно передал слово первому секретарю Ленинградского обкома Спиридонову. Затем выступили Демичев, первый секретарь Московского горкома, и глава правительства Грузии Гиви Джавахишвили (он заменил внезапно охрипшего первого секретаря ЦК Компартии Грузии Василия Мжаванадзе). Все они обратились к делегатам съезда с неожиданным предложением вынести тело Сталина из Мавзолея. После этого слово взяла товарищ Лазуркина (член партии с 1902 года, лично встречалась с Лениным, репрессирована в 1937 году, реабилитирована после ХХ съезда КПСС). Товарищ Лазуркина произнесла речь, которая вошла в историю КПСС: «Я всегда в сердце ношу Ильича и всегда, товарищи, в самые трудные минуты, только потому и выжила, что у меня в сердце был Ильич, и я с ним советовалась: как быть? Вчера я советовалась с Ильичом, будто бы он передо мной, как живой стоял, и сказал: “Мне, товарищ Лазуркина, неприятно быть рядом со Сталиным, который столько бед принес партии”».

После этого удивительного выступления постановление о выносе Сталина из Мавзолея было принято единогласно. Вечернее заседание прошло так, как будто ничего необычного не случилось.

Естественно, весь спектакль был заранее спланирован Никитой Хрущевым. Став первым секретарем ЦК партии в 1953 году, Хрущев почти не обладал властными полномочиями. Модель власти, выстроенная Сталиным, предполагала, что главной фигурой в стране является глава правительства, то есть председатель Совнаркома СССР, тогда как первому секретарю ЦК партии отводилась скромная роль пропагандиста.

Разоблачение Сталина в 1956-м на ХХ съезде КПСС дало в руки Хрущева инструмент, который позволял принимать фактически любые кадровые решения. Связь со Сталиным стала черной меткой. В марте 1958 года Хрущев уже был избран председателем Совета министров СССР, совместив в одном лице и технократическую, и пропагандистскую власть. Вынос тела Сталина из Мавзолея стал символической акцией, завершающей его эпоху.

Операция по перезахоронению Сталина прошла в ночь с 31 октября на 1 ноября и заняла меньше часа. В ней приняли участие 30 человек. Родственников не приглашали. Восемь офицеров Кремлевского полка переложили тело Сталина в деревянный гроб и перенесли в лабораторию Мавзолея. Там с мундира генералиссимуса были срезаны золотые пуговицы и погоны. Сняли и звезду Героя Социалистического Труда. После этого гроб перенесли к Кремлевской стене и на веревках спустили в могилу. Никаких речей никто не произносил. Руководитель церемонии Николай Шверник плакал, не стесняясь. Один из генералов распорядился накрыть поминальный стол, но присутствовавшие от поминок отказались.

Утром 1 ноября Мавзолей открылся как обычно. На фасаде на белой ткани была выведена надпись: «Ленин».

Наследники Сталина

Безмолвствовал мрамор. Безмолвно мерцало стекло.
Безмолвно стоял караул, на ветру бронзовея.
А гроб чуть дымился. Дыханье из гроба текло,
когда выносили его из дверей мавзолея.

Хотел он запомнить всех тех, кто его выносил -
рязанских и курских молоденьких новобранцев,
чтоб как-нибудь после набраться для вылазки сил,
и встать из земли, и до них, неразумных, добраться.

Он что-то задумал. Он лишь отдохнуть прикорнул.
И я обращаюсь к правительству нашему с просьбою:
удвоить, утроить у этой стены караул,
чтоб Сталин не встал и со Сталиным - прошлое.

Мы сеяли честно. Мы честно варили металл,
и честно шагали мы, строясь в солдатские цепи.
А он нас боялся. Он, верящий в цель, не считал,
что средства должны быть достойны величия цели.

Он был дальновиден. В законах борьбы умудрён,
наследников многих на шаре земном он оставил.
Мне чудится, будто поставлен в гробу телефон.
Кому-то опять сообщает свои указания Сталин.

Куда ещё тянется провод из гроба того?
Нет, Сталин не сдался. Считает он смерть поправимостью.
Мы вынесли из мавзолея его.
Но как из наследников Сталина Сталина вынести?

Иные наследники розы в отставке стригут,
а втайне считают, что временна эта отставка.
Иные и Сталина даже ругают с трибун,
а сами ночами тоскуют о времени старом.

Наследников Сталина, видно, сегодня не зря
хватают инфаркты. Им, бывшим когда-то опорами,
не нравится время, в котором пусты лагеря,
а залы, где слушают люди стихи, переполнены.

Велела не быть успокоенным Родина мне.
Пусть мне говорят: «Успокойся...» — спокойным я быть не сумею.
Покуда наследники Сталина живы ещё на земле,
мне будет казаться, что Сталин ещё в мавзолее.

Евгений Евтушенко