Бессмертный барак
Сохранено 2024289 имен
Поддержать проект
499

Биатлон на костях

Автор: Мария Мехоношина

В Екатеринбурге продолжаются земляные работы на территории, где захоронены тысячи жертв сталинского Большого террора. Власти хотят построить на этом месте крупный биатлонный центр. Активисты требуют сначала провести исследование участка, а возможно, также эксгумацию и опознание тел расстрелянных, но руководство региона их обращения игнорирует.

Настоящее Время уже рассказывало историю стройки на 12-м километре Московского тракта под Екатеринбургом. Долгое время здесь было стрельбище НКВД, которое закрыли в 1956 году, а с 1960-х годов участок относится к спортивной базе "Динамо" (спортивное общество с таким названием еще в 1920-е создавалось в системе Государственного политического управления (ГПУ) НКВД). Начиная с 1960-х годов на стройке "Динамо" экскаваторщики начали находить человеческие останки, в том числе черепа с пулевыми отверстиями во лбу. Но долгое время массовые захоронения жертв расстрелов конца 30-х годов оставались тайной: со строителей брали подписку о неразглашении секретных сведений.

В 1996 году рядом с бывшим стрельбищем открыли мемориал жертв НКВД. Однако масштабного исследования захоронений так и не проводилось. А в последние несколько лет власти и вовсе стараются забыть о братских могилах и одобрили строительство на территории "Динамо" масштабного биатлонного комплекса, одного из крупнейших в России.

"Мы видим, что идут свежие земляные работы. Выпилено очень большое количество деревьев", – показывает свежие следы Алексей Гресько, координатор штаба Алексея Навального в Екатеринбурге.

На мемориальных плитах, которые установлены рядом со стройкой, – 18 с половиной тысяч фамилий погибших во времена Большого террора в Екатеринбурге и окрестностях. Но точное количество похороненных на 12-м километре до сих пор неизвестно, как и конкретные границы мест захоронения. Историки и активисты говорят, что полноценного исследования территории не проводилось никогда – велись лишь раскопки отдельных участков.

"Мемориал" запросил ФСБ, где было место эксгумации. Но странное дело – место эксгумации не сохранилось. По крайней мере, они так говорят: "У нас нет никаких документов", – замечает Анна Пастухова, координатор уральского отделения "Мемориала". – Я не думаю, что такие действия могли быть без одобрения прокуратуры, без одобрения тогдашнего КГБ".