Бессмертный барак
Сохранено 2137633 имен
Поддержать проект

Барташевич Люция Александровна

Барташевич Люция Александровна
Социальный статус:
на момент ареста - ребенок
Место рождения:
Санкт-Петербург (ранее Ленинград), Россия (ранее РСФСР)
Место проживания:
Санкт-Петербург (ранее Ленинград), Россия (ранее РСФСР)
Ссылка:
Костанай (ранее до 17 июня 1997 года Кустанай), Костанайская область (ранее Кустанайская), Республика Казахстан
Дата ареста:
1937 г.
Приговор:
ссылка
Раздел: Дети
  • ФОТОКАРТОТЕКА
  • ОТ РОДНЫХ
ФОТОКАРТОТЕКА
ОТ РОДНЫХ

Братьев было четверо: старший Пётр, 1901 г. р., мой отец Александр, 1902 г. р., Иван, 1904 г. р., и самый младший Михаил, 1910 г. р. В печально памятные годы Большого террора по каждому из них проехало «Красное колесо». В четвертом томе «Ленинградского мартиролога», где помянут мой отец, я рассказала о нём всё, что могла помнить (в 1937 г. мне было около восьми лет) и узнала из его судебного дела. В это время мне уже была известна и судьба Петра, умершего в ИТЛ, и Ивана, которого, подержав некоторое время под следствием, соблаговолили выпустить, меняя команду НКВД. В 1943 г. он погиб на Ленинградском фронте.

Очередь помянуть самого младшего из братьев, Михаила, пришла не скоро: скорбный список расстрелянных в 1937–1938 гг. протянулся до 11-го тома, в котором стандартное решение Особой тройки – расстрелять очередного участника контрреволюционной шпионской организации. Доказательств, как во всех подобных случаях, никаких. Основание для вынесения приговора одно: поляки, даже в том случае, если они русские, – шпионы. Братья, все четверо, во время следствия утверждали, что они русские, по-польски не говорят, с Польшей никаких отношений не имеют, мать у них русская; отец, умерший в 1932 г., действительно, поляк, но что же с этим поделать?!

Мне казалось, что добавить к сказанному нечего. Но со старых любительских фотографий, уцелевших с 30-х годов, сделанных отцом (он и снимал, он и проявлял негативы – тогда это был хлопотный и длительный процесс, свидетелем которого была и я), на меня смотрели любимые лица. Я почувствовала: никуда от прошлого мне не уйти.

Две фотографии мною особенно любимы.

…Из тёмной глубины рельефно выступает привлекавшее меня с детских лет лицо дяди Миши. Думаю, фотография сделана отцом в Ленинграде. Миша часто приезжал к нам и со своей скрипкой иногда выступал в кинотеатре «Молния» на Петроградской стороне перед началом сеансов (видимо, подрабатывал). На фотографии он сосредоточен и серьёзен, но обычно был весел, артистичен, любил музыку, хорошо рисовал, особенно удавались ему карикатурные изображения. Мама иногда подшучивала над его легкомыслием, которое, скорее всего, шло от молодости и открытости характера.

Вторая фотография сделана папой в Новой Ладоге, куда летом мы ездили всей семьёй к бабушке, Анне Ильиничне. Во дворе её дома около сарая расположились мои дяди: Петя, Миша, Ваня (на его плечах сижу я – он особенно любил со мной возиться). Солнечный день, свободные позы трёх молодых мужчин, весёлая игра солнечных бликов, под деревом затенённый уголок двора… Почти идиллическая картина…

[Братья Пётр, Михаил и Иван Бартошевичи с племянницей Люцией. Новая Ладога]

Страшно подумать, что всё это вмиг может быть разрушено. Пройдут какие-то год-два… Оставшись одна, бабушка последовательно будет получать известия о гибели своих сыновей. Мама, высланная вместе со мной в Кустанай, ничем не могла ей помочь. Отпустили её лишь через 10 лет. Свиделись мы в 1947 г. Сейчас никого из семьи, кроме меня, нет на свете. Но вечно жив неразрешимый мучительный вопрос – зачем и кому всё же это было нужно?

Люция Александровна Барташевич,
С.-Петербург

  • Михаил Иосифович Бартошевич расстрелян по так называемому Списку польских шпионов № 74. В предписании на расстрел значится 8-м из 40 приговорённых к высшей мере наказания. 36 человек расстреляны и помянуты в данном томе. В отношении четверых приговор не был исполнен. Они будут помянуты в 12-м томе «Ленинградского мартиролога».
  • Александр Иосифович Бартошевич расстрелян по так называемому Списку польских шпионов № 45. В предписании на расстрел значится 47-м из 100 приговорённых к высшей мере наказания. Все считаются расстрелянными 20 декабря 1937 г. и помянуты в 4-м томе «Ленинградского мартиролога». Однако есть основания считать, что кто-то из них расстрелян позднее, после исправления ошибок в «установочных данных».
  • Красноармеец Иван Иосифович Бартошевич убит 10 марта 1943 г. в бою под Синявином, неподалёку от родных мест. Он помянут как Барташевич в 15-м томе Книги памяти «Ленинградская область, 1941–1945»
Барташевич Люция Александровна Проект Бессмертный барак

Короткие и порой отрывочные сведения, а также ошибки в тексте - не стоит считать это нашей небрежностью или небрежностью родственников, это даже не акт неуважения к тому или иному лицу, скорее это просьба о помощи. Тема репрессий и количество жертв, а также сопутствующие темы так неохватны, понятно, что те силы и средства, которые у нас есть, не всегда могут отвечать требованиям наших читателей. Поэтому мы обращаемся к вам, если вы видите, что та или иная история требует дополнения, не проходите мимо, поделитесь своими знаниями или источниками, где вы, может быть, видели информацию об этом человеке, либо вы захотите рассказать о ком-то другом. Помните, если вы поделитесь с нами найденной информацией, мы в кратчайшие сроки постараемся дополнить и привести в порядок текст и все материалы сайта. Тысячи наших читателей будут вам благодарны!