Подписка на рассылку
RU

Об «искривлениях социалистической законности» в Белозерском РО НКВД

В мае 1940 г. военная коллегия Верхсуда СССР в Москве осудила 11 работников Вологодского УНКВД во главе с начальником управления С.Г. Жупахиным. Трое из них – Власов, Воробьёв и Емин – обвинялись в применении «извращённых способов приведения приговоров в исполнение». Семерых чекистов постановили расстрелять. О том, что это были за «способы», можно судить по материалам комиссии Политбюро ЦК КПСС, полностью опубликованным только в 2003 г.: в декабре 1937 г. работники Белозёрского райотдела НКВД Анисимов, Воробьёв, Овчинников, Антипин и другие вывезли в поле 55 осуждённых и «порубили их топорами». В том же райотделе двух женщин забили до смерти поленьями.

Приведенный ниже документ раскрывает еще более подробно произошедшее в Белозерском РО НКВД:

Докладная записка И.В. Анисимова секретарю Вологодского OK ВКП(б) Овчинникову о нарушениях, совершенных работниками УНКВД

Доношу до Вашего сведения, тов. ОВЧИННИКОВ, об искривлениях политики партии большевиков по вопросу практики оперативной чекистской работы о нарушении постановления ЦК ВКП(б) и указаний лично т. СТАЛИНА о дискредитации органами НКВД СССР отдельными работниками УНКВД по ЛО и ВО.

В подтверждение этого излагаю факты этих нарушений, совершенных в 1937 г. на территории г. Белозерска Вологодской Области. Будучи на работе в Белозерском РО НКВД по ВО в должности нач-ка Бюро Исправ. труд, работ, мне известно, что с целью подготовить большое количество следственных дел на тройку УНКВД работники Белозерского сектора арестовали совершенно невинных граждан, а именно: бывш. начальник опер, сектора ВЛАСОВ перед началом своей работы собрал у себя в кабинете совещание и сказал, что наш сектор должен дать больше всех секторов дел на тройку и в осуществление этого он, ВЛАСОВ, организовал группу из своих работников, так называемую «Вербовочная комиссия», в которую входили:
1. Бывш. Нач-к опер, сектора ВЛАСОВ;
2. Чекист запаса ЕМИН;
3. Зам. Нач-ка Белозерского РО ОВЧИННИКОВ;
4. ВОРОБЬЕВ - работник Ленинградского УНКВД;
5. Нач. Белозерского РО ПОРТНОГО;
6. Сотрудник Ленинградского УНКВД ЛЕВАШОВ;
7. Капитан школы им. Ворошилова АНТИПОВ и другие.

Тут же в кабинете у себя распределил ВЛАСОВ обязанности между этими лицами: 1. ЛЕВАШОВ был секретарем по выдаче денежных авансов; 2. ВОРОБЬЕВ - «доктором»; 3. ЕМИН, ВЛАСОВ и ОВЧИННИКОВ были агентами «вербовочной комиссии», причем договаривались в закрытом кабинете и об этом никто не знал, а лично мне рассказал ОВЧИННИКОВ, впоследствии стало известно от самих заключенных.

Нужно сказать, что все они переоделись в штатскую форму и уехали. Работа этой «комиссии» была следующим образом: -вызывали по одному человеку из камеры, совершенно не располагая на последнего компрометирующими материалами и «доктор» ВОРОБЬЕВ начинал производить «медицинский осмотр», а ВЛАСОВ, ОВЧИННИКОВ и ЕМИН сидели, писали протоколы допроса, пользуясь ранее составленным еще в Белозерске протоколом. После осмотра ВОРОБЬЕВ кричал «годен» подводили к столу и не читая ему протокола говорили - подписывай акт медицинского осмотра и таким образом они в течение 4-х суток арестовали 200 человек, на которых не было совершенно материалов о к. р. агитации и других.

Вернувшись обратно в Белозерское РО НКВД, ВЛАСОВ созвал вторично совещание и поставил вопрос перед работниками, что не соответствует с указаниями ЦК ВКП(б), а именно:

1. Протоколы писать хорошие, а хорошие нужно понимать так -они должны быть крепкие и длинные и больше вписывать актов к. р. деятельности на обвиняемого и тут же роздал всем работникам стандартный протокол, написанный лично ВЛАСОВЫМ и ОВЧИННИКОВЫМ, что и выполняли все.
2. Увязывать на к. р. организацию, хотя они пусть были и не связаны по к. р. работе. После этого совещания ВЛАСОВ, ПОРТНОГО, ОВЧИННИКОВ и ЕМИН составили списки на лиц подлежащих аресту, а в списки заносили так - придет от председателя с/совета заявление, что на территории этого с/с проживает гражданин, имеющий ранее судимость или взяли в Райисполкоме списки кто в прошлом облагался твердым заданием и вот только по этому производили аресты. Мне известно, что по 30-40 человек арестовывали так, что после ареста у следователей был один его паспорт и вписывал в протокол обвиняемому, что ему вздумается, а после этого принуждали подписывать его написанное.

Я помню как мне дали 15 штук паспортов (женщин) и Власов сказал, что садись пиши протоколы, вот тебе мой черновик, а когда я ему сказал, что т. Нач-к у них нет состава преступления, то он ответил - «Партия нам так диктует, а ты должен подчиняться решениям партии». Кроме этого ВЛАСОВ, ПОРТНОГО, ОВЧИННИКОВ, ВОРОБЬЕВ и др. применяли фашистские методы допроса и убивали в кабинетах путем физического насилия тех кто упорно не подписывал протоколы заготовленные ранее ОВЧИННИКОВЫМ и ВЛАСОВЫМ. Одному «обвиняемому», фамилии сейчас не помню, ВЛАСОВ, ВОРОБЬЕВ и ОВЧИННИКОВ в кабинете у ВЛАСОВА сломали железным крюком нос и выкололи глаза, после свалили его под пол в это помещение. Двух граждан, фамилии тоже не помню, ОВЧИННИКОВ, ВОРОБЬЕВ и АНТИПОВ убили в помещении ЗАГС'а и зарыли его под полом в этом помещении, причем убивали этих лиц железным молотом в голову, окна помещения были заставлены досками и одеждой.

После этих убийств 3-х граждан ВЛАСОВ вызвал меня в кабинет и отобрал подписку о неразглашении этого дела, а в под¬тверждение с целью запугивания сказал, что если выдашь нашу работу, то убьем сразу, как собаку. Я подписку его не подписал и отказался, тогда он поручил мне убить обв. СКВ0РЦ0ВА в кабинете железным молотом и когда я отказался от этого дела, то он прислал в кабинет ВОРОБЬЕВА, а меня выгнали из кабинета и там большой чернильницей СКВ0РЦ0ВУ разбили всю голову и после этого он подписал им «показания», причем мне давали 15 рублей денег за то, чтобы СКВ0РЦ0ВА я заставил насильно подписать написанный им протокол и тогда как мною этого не было выполнено, то ВЛАСОВ назвал меня «тряпкой» лишил обещ. денег,

Кроме этого в один вечер по договоренности с ВЛАСОВЫМ, ПОРТНОГО дает свое распоряжение в помещении РО НКВД в течение всей ночи никому не входить из рядового состава и после этого ВЛАСОВ и ПОРТНОГО собрали совещание и сказали, что по указанию ЦК ВКП(б) мы должны убить около 70 человек, причем бить будем их холодным оружием. После всех этих разговоров ВОРОБЬЕВ, ОВЧИННИКОВ и ЕМИН достали из шкафа топор, железный молот и сказали - вот чем будем убивать сегодня человек 30. Будем рубить головы и крохи мяса закапывать в могилы, подготовленные сторожем кладбища, который очевидец этого дела. Приводили из тюрьмы по 15-20 человек, вязали им в помещении ЗАГС'а руки, ложили в сани, а сверху валили одеяла и садились сами. По приезду на могилу ЕМИН, АНТИПОВ и другие брали по одному из саней и подносили его туловище на плаху, а ВОРОБЬЕВ и ОВЧИННИКОВ рубили топором, а после куски этого мяса бросали в могилу и вот таким образом они в течении 3-х суток уничтожили большое количество человек. Нужно сказать, что до отъезда на могилу ВЛАСОВ, ПОРТНОГО поили всех водкой в кабинете у ПОРТНОГО, а когда возвращались с могилы, пили водку на квартире у ОВЧИННИКОВА. Водкой поили курсантов, работающих на практике из Ворошиловской школы. Одежду свою забрызганную кровью жгли в огне и также жгли вещи убитых. К этой работе был привлечен Нач-ик тюрьмы МИХАЙЛОВ.

Особенно издевались ОВЧИННИКОВ и ВОРОБЬЕВ, а после выпивки-водки ОВЧИННИКОВ выступал в сильном самоопьянении и говорил в присутствии своей жены, что «молодцы мы с ВОРОБЬЕВЫМ, не имея практики, рубили человеческое тело как репу». Мне хорошо известно, что они пьянствовали на гос. средства в течение всей операции и доходило до массовых скандалов о том, что ОВЧИННИКОВ приписывал все эти заслуги себе, а ВЛАСОВ выступая говорил, что мое руководство было, а поэтому мои заслуги.
Не случайно у т. ОВЧИННИКОВА в Белозерском РО НКВД два самоубийства и оба совершены на почве систематической пьянки. В этом деле должны нести ответственность и руководящие работники Управления, как то, ЖУПАХИН и БЕНЮК Нач-ик OK НКВД по ВО, ибо они способствовали и способствуют в настоящее время. В 1938 г. меня выдвинули на работу Пом. Опер, уполномоченного УГБ в Кадуйское РО НКВД, куда был в порядке выдвижения нач-ком назначен ОВЧИННИКОВ Василий Дмитриевич. Узнав БЕНЮК, что я знаю о преступных действиях по Белозерскому РО НКВД в отношении ОВЧИННИКОВА он вызвал меня к себе в кабинет и стал изыскивать на меня компрометирующие материалы с целью уволить из органов НКВД. Он сказал, что я не выполняю указаний ОВЧИННИКОВА и не пишу протоколов допроса так как пишет ОВЧИННИКОВ, а ОВЧИННИКОВ на протяжении ряда лет имеет стандартную форму допросов - об этом известно всему составу Белозерского РО НКВД. Дальше он говорит - Ты еще в 1937 г. не хотел выполнять наши указания, а когда ему повторил я, что Ваши указания не соответствуют с постановлением ЦК ВКП(б) и об этих указаниях я хочу сообщить т. ОВЧИННИКОВУ в Обком ВКП(б), тогда он, БЕНЮК, сказал - «Какое отношение имеет ОВЧИННИКОВ и Обком к нашей работе, к нашему руководству» и после этого обозвал меня «болтуном» и «треплом». После этого предупредил в отношении подписки о неразглашении.
В этот же день уволил меня из органов УГБ НКВД и меня перевел в милицию, где и работаю в настоящее время. В декабре м-це 1938 года по этому делу мною было сказано Особоуполномоченному УНКВД по ВО СУКОНКИНУ, но последний мер к расследованию совершенно не принял и не придал значения этому делу, так как по его мнению это дело не имеет никакого значения, тогда как я ему подробно изложил о всех действиях Белозерского РО НКВД. Где был организован настоящий фашистский застенок и эти работники Белозерского РО ПОРТНОГО, ОВЧИННИКОВ стоят в большом почете у руководства по Вологодской области УНКВД. Если потребуется, могу подробно доложить о всех действиях, которых я еще не указал здесь.

ГА РФ. Ф. 8131. Оп. 37. Д. 118. Л. 54-62.

Поделись страницей в:
21 ноября 2017 годаNovember 21, 2017
10453
0
Комментарии (0)