Школьный кружок или «еврейская террористическая организация»

Школьный кружок или «еврейская террористическая организация»

 

В начале февраля 1952 года в течение недели в Москве шёл судебный процесс. Обвинялись школьники, которые организовали альтернативный литературный кружок. Сфабрикованные дела в СССР были делом обыденным. Но суд над «террористами» из числа только что вышедших из пионеров юнцов поражал своей безжалостностью даже в те времена. На скамье подсудимых оказались 16 совсем маленьких мальчиков и девочек, 14 из которых были евреями. В ночь с 13 на 14 февраля 1952 года в Верховном суде СССР им был зачитан приговор. Обвиняемые в силу возраста не понимали в нем и половины. Но за плечами у них уже был год, проведенный в советских тюрьмах. Надежды на справедливый приговор не было ни у кого.

«Евгений Гуревич, Борис Слуцкий, Владилен Фурман приговариваются к высшей мере наказания – расстрелу, – монотонно читал судья. – Ирэна Аргинская, Ида Винникова, Феликс Воин, Григорий Мазур, Владимир Мельников, Екатерина Панфилова, Сусанна Печуро, Алла Рейф, Майя Улановская и Инна Эльгиссер приговариваются к 25 годам заключения. Тамара Рабинович, Галина Смирнова, Нина Уфлянд – к 10 годам лишения свободы с последующей ссылкой и поражением в правах на пять лет».

Все перечисленные ребята были членами подпольной организации «Союз за дело революции», история которой начиналась в Московском городском доме пионеров в 1949 году. Именно там, записавшись в кружок любителей литературы, восьмиклассница Сусанна Печуро подружилась с Борисом Слуцким и Владиком Фурманом. Для увлеченных книгами школьников литературный кружок стал вторым домом, где они проводили все свое свободное время – обсуждали стихи и рассказы, делились впечатлениями от прочитанного. Единственное, что было ребятам не по душе – политика руководителя кружка, которая единолично выбирала произведения для обсуждения. Все же, что было ей неизвестно, требовало предварительного прочтения и утверждения. Впрочем, эта цензура не мешала упомянутой троице собираться после занятий и обсуждать то, что не позволялось обсуждать в стенах класса.

До определенного времени конфликтов с педагогом на этой почве удавалось избегать. Поворотным стало начало 1950 года. Одна из участниц кружка зачитала довольно милое стихотворение про школьный вечер. Суть его сводилась к размышлениям выпускницы о будущей жизни, страхе перед неизвестным и грусти о беззаботном школьном времени. Педагог счел его антисоветским – ведь не может же советский человек пребывать в грусти и нерешительности! Тем более в вопросе будущего, которое, как известно, абсолютно точно светлое, да и строит его коллектив и страна, а не индивид. На сторону обвиняемой тогда встал Борис Слуцкий. После недолгого спора с руководителем кружка он заявил о своем уходе. На занятия он больше не ходил, но с ребятами отношения не разрывал. Вскоре именно у него дома ребята создали альтернативный кружок, свободный от цензуры.

Дома у Бориса была огромная, совершенно потрясающая библиотека. Здесь мирно соседствовали произведения классиков русской литературы с многочисленными томами сочинений Владимира Ильича Ленина. При этом издания Владимира Ленина были в ранних редакциях. Пытливые молодые люди стали изучать произведения Владимира Ильича, затем сравнивали их с мыслями товарища Сталина. И вдруг оказалось, что многие идеи, озвученные Владимиром Ульяновым, уже давно перевраны и утратили первоначальный смысл.

Со временем долгие беседы о литературе перешли в диалоги о жизни, о политическом устройстве страны. Наконец в какой-то из дней Борис встал и заявил о своих планах «бороться за осуществление идеалов революции, против существующего режима, против перерождения диктатуры пролетариата в бонапартистскую диктатуру Сталина». Затем, как вспоминала Сусанна Печуро: «В конце августа 1950-го я гостила у своей бабушки по отцу, где вместе со мной жила моя двоюродная сестра Нина Уфлянд, почти на год меня моложе. Именно здесь, на терраске старого деревянного дома, состоялся самый важный разговор с Борисом и Владиком, определивший всю мою дальнейшую жизнь. Юноши пришли, чтобы рассказать мне, что они решили создать подпольную организацию для борьбы со сталинским режимом и предлагают мне быть с ними. Они не скрывали от меня, какие опасности нас ждут, что, вероятно, эта деятельность будет стоить нам жизни. Решение принять их предложение стоило мне громадных душевных мук. Я понимала, что, соглашаясь, я отрекаюсь от всей своей предшествующей жизни».

Создание организации «Союз борьбы за дело революции» в августе 1950 года было совершенно спонтанным. У участников не было никакого плана, было лишь желание сделать жизнь лучше, устроив её по принципам справедливости, как и завещал Ленин. Начитавшись книг о революционерах, подпольщики придумали себе псевдонимы, а документы печатали исключительно на гектографе. Вскоре появились и новые члены. Причина того, что большинство из них были евреями, довольна проста. Борис пробовал поступать в то время в институт, во многих из которых для него как еврея места не нашлось. Среди таких же отверженных им заводились определенные разговоры, тут же находились единомышленники, они, в свою очередь, приводили своих друзей.

Сам же «Союз» просуществовал полгода. Последние месяцы существования организации все её члены находились под наблюдением. Впрочем, «наблюдатели» даже не думали скрываться. Молодые люди считали: донос на бывших воспитанников написала руководитель литературного кружка. Как бы там ни было, в январе 1951 года начались аресты молодёжи и подростков. К ним приходили ночью, искали запрещённую литературу, изымали книги. Молодых людей тут же увозили в тюрьму. Следствие по делу длилось целый год. Никто и представить себе не мог, что приговор суда окажется столь жестоким. Вчерашних студентов и школьников обвиняли в создании террористической организации, целью которой было свержение и даже устранение руководства СССР.

Их судила Военная коллегия Верховного Суда СССР. За готовность осуществлять акты террора. За подпольную антисоветскую деятельность. Их обвинили в измене родине, и суд это признал, а следователи, которые умело использовали свой богатый опыт "работы" с подследственными, сумели убедить всех обвиняемых, что они и на самом деле изменили родине. Почти все они с обвинением согласились.

У них не было адвокатов. Они не понимали, что, соглашаясь признать себя террористами и изменниками, тем самым они подписывают себе смертный приговор. Они это поняли тогда лишь, когда приговор был оглашен. Троих из шестнадцати, самых настойчивых в поисках ответа на вопрос, что случилось с их отечеством, которое вдруг стало для них чужим и они почувствовали себя в нем отверженными, приговорили к расстрелу. Это были: Гуревич Евгений Зиновьевич, студент института пищевой промышленности, 1931 г.р., Слуцкий Борис Владимирович, 1932 г.р., студент Московского педагогического института им. Потемкина, и Фурман Владилен Леонидович, 1931 г.р., студент 1-го Московского медицинского института. Только в эти минуты они окончательно и поняли, что страна, в которой они живут, для них действительно чужая. Вопреки заверениям следователей.

И все же, на каком основании их назвали террористами? Разве у них было оружие? Оказывается, было. Поломанный пистолет «Велодок» без патронов, который по очереди перепрятывали Мельников и Гуревич. Кроме того, Гуревич много говорил о терроре и даже ставил этот вопрос на обсуждение. Его никто не поддержал. Это была с его стороны самая настоящая мальчишеская бравада, такая же, какой обладал в 1928 году один руководителей «Демократического союза» в г. Чернигове — художник Олег Каменецкий, который, заслышав неприятную фамилию какого-нибудь городского начальника, всегда говорил: «Убил бы собственными руками!» Его тоже расстреляли.

Но кто они были, эти юноши и девушки, которые решились встать на путь борьбы с властью? И кого конкретно так сильно ненавидел Евгений Гуревич, что желал ему смерти? Это был член правительства Георгий Маленков, о котором в те годы говорили, что это именно он является инициатором проведения антисемитской политики в стране. Дело в том, что почти все молодые люди из «Союза борьбы за дело революции» были евреями. Следствие их так и определило, как участников «еврейской террористической организации». Не вдаваясь в подробности причин невероятно сильного давления на еврейское население страны в те годы (вопрос этот достаточно глубоко исследован), отметим лишь, что по своему отношению к евреям СССР тогда действительно напоминал Германию первых лет прихода Гитлера к власти. И порыв защитить себя от несправедливости был естественным.

Приговор о высшей мере наказания – расстреле – был приведен в исполнение 26 марта 1952 года. Прошений о помиловании никто из расстрельного списка не подавал. Остальных отправили умирать в лагеря. В конце апреля 1956 года Военная коллегия пересмотрела дело всей группы. Находившимся в заключении снизили сроки до пяти лет, освободив по амнистии. Троим уже давно расстрелянным ребятам изменили приговор на 10 лет лагерей.

В 1989 году все члены «Союза борьбы за дело революции» были полностью реабилитированы. Сусанна Печуро, вспоминая этот момент, рассказывала: «Открывается дверь, входит военный. “Здравствуйте, – говорит. – Я майор такой-то. Принес вам постановление прокуратуры о реабилитации. Вы должны ее прочитать, расписаться – и я ее заберу обратно. Так велено”. Ну, велено так велено. Прочитала, расписалась… Только, говорю, неправильно здесь. Здесь написано, что никакой антисоветской организации не существовало. А она была».

Мы хотим вспомнить о каждом. И так Дело Р-35271 или "Союз борьбы за дело революции".

 

Аргинская Ирэна Ильинична, 1932 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, беспартийная, ранее не судима, проживала в Москве, учащаяся 10-го класса 79-й школы Киевского района г. Москвы.

Арестована органами МГБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, что «...являлась участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занималась вербовкой новых участников, разделяла террористические замыслы участников группы, проводила антисоветскую агитацию, размножала и распространяла документы антисоветского содержания...».

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. После осуждения для отбытия наказания была направлена в Сибирский ИТЛ МВД.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР отменен. Дело в этой части было прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. В остальном приговор оставался без изменений. Аргинская И.И. была признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания была снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. 25 апреля 1956 г. за отбытием наказания из-под стражи освобождена.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» Аргинская И.И. признана не имеющей судимости.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Аргинской И.И. прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступления.  Страница на сайте проекта.

 

Винникова Ида Львовна, 1931 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста — студентка заочного факультета Историко-архивного государственного института.

Арестована 14 марта 1951 г. органами МГБ СССР по обвинению в том, что «...являясь участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации «Союз борьбы за дело революции», ставившей своей целью борьбу за свержение существующего в СССР строя, присутствовала на нелегальных сборищах и принимала участие в обсуждении методов борьбы против Советской власти, проводила активную антисоветскую агитацию...». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. После осуждения направлена в ИТЛ МВД СССР в Иркутскую область.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Приговор в части обвинения по ст. 58-11 УК РСФСР отменен, и дело в этой части за недоказанностью обвинения прекращено. Обвинение Винниковой по ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР переквалифицировано на ст. 58-12 УК РСФСР и по этой статье назначена мера наказания 3 года ИТЛ, без поражения в правах и без конфискации имущества. За отбытием наказания Винникова И.Л. из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признана не имеющей судимости.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Винниковой И.Л. прекращено за отсутствием события преступления.

 

Воин Феликс Миронович, 1931 г.р., уроженец м. Городницы Город-ницкого района Житомирской области, гражданин СССР, ранее не судим, из служащих, член ВЛКСМ, проживал в г. Ступино Московской области, до ареста — студент 1-го курса Рязанского медицинского института им. Павлова.

Арестован органами МГБ СССР 3 февраля 1951 г. по обвинению в том, что «...являлся участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занимался вербовкой новых участников, разделял террористические замыслы других участников группы, проводил антисоветскую агитацию, размножал и распространял документы антисоветского содержания...». Во время следствия содержался в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч.1 , 58-11 УК РСФСР осужден на 25 лет ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. После осуждения направлен в Карагандинский ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. дело в отношении Воина Ф.М. на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР прекращено, и он из-под стражи освобожден 25 апреля 1956 г.

Гуревич Евгений Зиновьевич (1931)

Гуревич Евгений Зиновьевич, 1931 г.р., уроженец г. Днепропетровска, гражданин СССР, член ВЛКСМ, ранее не судим, проживал в Москве, до ареста — студент 1-го курса Московского технологического института пищевой промышленности.

Арестован органами МГБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, что «...являлся одним из основателей и руководителей еврейской антисоветской террористической молодежной организации, осуществлял вербовку новых членов в организацию, подготавливал распространение антисоветских листовок и документов, проводил подготовку к совершению террористических актов против руководителей ВКП(б) и Советского правительства, намеревался установить преступную связь с представителями враждебных иностранных государств и антисоветских националистических формирований, действующих на территории СССР...».

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осужден по совокупности совершенных им преступлений к расстрелу, с конфискацией имущества. Приговор приведен в исполнение 26 марта 1952 г. Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Гуревича по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части было прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Гуревич Е.З. был признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР и приговорен к 10 годам ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет, без конфискации имущества.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Гуревича Е.З. прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. Страница на сайте проекта.

 

Мазур Григорий Гдальевич, 1931 г.р., уроженец г. Новозыбково Брянской области, гражданин СССР, беспартийный, из служащих, ранее не судим, проживал в Москве, до ареста — студент 1-го курса Института генетики.

Арестован органами МГБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, «... что являлся участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занимался вербовкой новых участников, разделял террористические замыслы других участников группы, проводил антисоветскую агитацию, размножал и распространял документы антисоветского содержания...».

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осужден по совокупности совершенных преступлений на 25 лет ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. Отбывал наказание в Карагандинском ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Мазура Г.Г. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Мазур признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания была снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобожден 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признан не имеющим судимости, поражение в правах снято. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Мазура Г.Г. прекращено.

 

Мельников Владимир Захарович, 1932 г.р., уроженец г. Москвы, гражданин СССР, беспартийный, из служащих, ранее не судим, до ареста — студент 1-го курса Химико-технологического института им. Менделеева.

Арестован органами МГБ СССР по обвинению в том, «...что являлся участником еврейской антисоветской террористической организации...». Во время следствия содержался в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. по совокупности совершенных преступлений на основании ст. 58-1 «а» УК РСФСР осужден на 25 лет ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. Отбывал наказание в закрытой тюрьме в Богучаре и Карагандинских лагерях.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Мельникова В.З. по ст.ст. 58-1 «а» и 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части была прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Мельников В.З. был признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР. По ст. 58-10 ч. 1 мера наказания снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобожден 25 апреля 1956 г.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. дело в отношении Мельникова В.З. прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления.

 

Панфилова Екатерина Михайловна, 1932 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, беспартийная, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста — ученица 10-го класса 79-й женской школы г. Москвы.

Арестована 23 февраля 1951 г. органами МГБ СССР по обвинению в том, что «... являлась участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занималась вербовкой новых участников, разделяла террористические замыслы участников группы, проводила антисоветскую агитацию, размножала и распространяла документы антисоветского содержания...». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 года осуждена по совокупности совершенных преступлений на основании ст. 58-1 «а» УК РСФСР к лишению свободы в ИТЛ сроком на 10 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. 28 сентября 1951 г. Следчастью по особо важным делам МГБ СССР вынесено постановление о переквалификации обвинения по ст. 19-58-8 УК на ст. 58-8 УК РСФСР, обвинение по ст.ст. 58-1 «а», 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР оставлено в силе. Отбывала наказание в Карагандинском ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Панфиловой Е.М. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР. Панфилова признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» Панфилова Е.М. признана не имеющей судимости, поражение в правах снято.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

Печуро Сусанна Соломоновна, 1933 г.р.

Печуро Сусанна Соломоновна, 1933 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, из служащих, член ВЛКСМ, проживала в Москве, до ареста — учащаяся 10 класса 79-й школы г. Москвы.

18 января 1951 г. арестована органами МГБ СССР по обвинению в том, что «...являлась одной из основателей и руководителей еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, осуществляла вербовку новых членов в организацию, подготавливала распространение антисоветских листовок и документов, проводила подготовку к совершению террористических актов против руководителей ВКП (б) и Советского правительства, намеревалась установить преступную связь с представителями враждебных иностранных государств и антисоветских националистических формирований, действующих на территории СССР...». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст. ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 10 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. Отбывала наказание в Дубровском ИТЛ МВД СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в отношении Печуро С.С. по ст.ст. 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменен. Дело в этой части было прекращено на основании ст. 4 п. 5 УК РСФСР, признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР. Мера наказания снижена до 5 лет лишения свободы в ИТЛ, без поражения в правах и без конфискации имущества. За отбытием наказания Печуро С.С. из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признана не имеющей судимости, поражение в правах снято. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

Рабинович Тамара Лазаревна, 1932 г.р.

Рабинович Тамара Лазаревна, 1932 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста — студентка Московского технологического института пищевой промышленности.

Арестована 13 марта 1951 г. органами МТБ СССР по обвинению в том, что «...будучи враждебно настроена к существующему в СССР строю, установила преступную связь с руководящим участником еврейской антисоветской террористической молодежной организации Гуревичем и его сообщниками Улановской, Рейф и Мельниковым, разделяла их вражеские взгляды и сама высказывала антисоветские националистические настроения, знала о террористических замыслах Гуревича и по его заданию проводила антисоветскую обработку своих знакомых...».

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. соответствии со ст.ст. 17-58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осуждена к 10 годам лишения свободы в ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. Отбывала наказание в ИТЛ МВД СССР (ст. Потьма, Мордовская АССР).

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. дело на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР прекращено, и она из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

Рейф Алла Евгеньевна, 1931 г.р.

Рейф Алла Евгеньевна, 1931 г.р., уроженка г. Киева, гражданка СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста — студентка заочного отделения естественного факультета Государственного педагогического института им. Ленина.

Арестована органами МГБ СССР 7 февраля 1951 г. по обвинению в том что, «...являясь участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации, ставившей своей целью борьбу за свержение существующего в СССР строя, присутствовала на нелегальных сборищах и принимала участие в обсуждении методов борьбы против Советской власти, проводила активную антисоветскую агитацию. Также Рейф хранила у себя антисоветские документы и предоставляла свою квартиру для нелегальных сборищ...». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. Отбывала наказание в Минеральном ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г. На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» Рейф А.Е. признана не имеющей судимости, поражение в правах снято.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

Слуцкий Борис Владимирович, 1932 г.р.

Слуцкий Борис Владимирович, 1932 г.р., уроженец г. Астрахани, гражданин СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судим, проживал в Москве, до ареста — студент Московского педагогического института им. Потемкина.

Арестован органами МТБ СССР 18 января 1951 г. по обвинению в том, что «...являлся одним из основателей и руководителей еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, осуществлял вербовку новых членов в организацию, подготавливал распространение антисоветских листовок и документов, проводил подготовку к совершению террористических актов против руководителей ВКП (б) и Советского правительства, намеревался установить преступную связь с представителями враждебных иностранных государств и антисоветских националистических формирований, действующих на территории СССР...». Во время следствия содержался в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осужден к расстрелу, с конфискацией всего принадлежащего ему имущества. Приговор приведен в исполнение 26 марта 1952 г.

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР к 10 годам ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет, без конфискации имущества.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено. Страница на сайте проекта.

Смирнова Галина Анфаловна, 1931 г.р.

Смирнова Галина Анфаловна, 1931 г.р., уроженка г. Александровска (Сахалин), гражданка СССР, член ВЛКСМ, из служащих, проживала в Ленинграде, до ареста — студентка Ленинградского института киноинженеров.

Арестована органами МГБ СССР 13 марта 1951 г. по обвинению в том что, «...являясь участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации, ставившей своей целью борьбу за свержение существующего в СССР строя, присутствовала на нелегальных сборищах и принимала участие в обсуждении методов борьбы против Советской власти, проводила активную антисоветскую агитацию и работу по вербовке новых членов в организацию...».

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осуждена к 10 годам лишения свободы в ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. Отбывала наказание в ИТЛ МВД СССР по адресу (г. Тайшет Иркутской области).

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 и. 1 мера наказания была снижена до 3 лет ИТЛ, без поражения в правах, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признана не имеющей судимости, поражение в правах снято. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

Улановская Майя Александровна, 1932 г.р.

Улановская Майя Александровна, 1932 г.р., уроженка г. Нью-Йорк (США), гражданка СССР, беспартийная, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста являлась студенткой 1-го курса Московского технологического института пищевой промышленности.

Арестована органами МГБ СССР 7 февраля 1951 г. по обвинению в том, что «...являлась участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занималась вербовкой новых участников, разделяла террористические замыслы участников группы, проводила антисоветскую агитацию, размножала и распространяла документы антисоветского содержания, подозревалась в антисоветской деятельности...». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 19-58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет, с конфискацией имущества. Отбывала наказание в Ангарском ИТЛ МВД СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. признана осужденной по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР, по ст. 58-10 ч. 1 мера наказания была снижена до 5 лет ИТЛ, с поражением в правах на 2 года, без конфискации имущества. За отбытием наказания из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признана не имеющей судимости, поражение в правах снято. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

Уфлянд Нина Евгеньевна

Уфлянд Нина Евгеньевна, 1934 г.р., уроженка г. Ленинграда, гражданка СССР, из служащих, ранее не судима, член ВЛКСМ, проживала в Москве, до ареста — учащаяся 9-го класса 642-й средней школы г. Москвы.

Арестована органами МГБ СССР 23 февраля 1951 г. по обвинению в том, что «...являлась участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занималась вербовкой новых участников, разделяла террористические замыслы участников группы, проводила антисоветскую агитацию, размножала и распространяла документы антисоветского содержания». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 10 лет, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. После осуждения направлена в Особый лагерь МВД СССР в Мордовской АССР.

Определением Верховного Суда Мордовской АССР от 19 июля 1954 г. Уфлянд Н.Е. 23 июля 1954 г. досрочно освобождена от наказания в соответствии с Указом ПВС от 24 апреля 1954 г. «О порядке досрочного освобождения от наказания осужденных за преступления, совершенные в возрасте до 18 лет», поражение в правах снято. Для дальнейшего проживания направлена в г. Житомир (УССР). Приговором Военной коллегии Верховного Суда от 21 апреля 1956 г. обвинение по ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР было переквалифицировано на ст. 58-12 УК РСФСР и назначена мера наказания 3 года ИТЛ, без поражения в правах и без конфискации имущества.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» Уфлянд Н.Е. признана не имеющей судимости.

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

Фурман Владилен Леонидович (1931)

Фурман Владилен Леонидович, 1931 г.р., уроженец г. Одессы, гражданин СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судим, проживал в Москве, до ареста — студент 1-го курса Медицинского института Министерства здравоохранения РСФСР.

Арестован 19 января 1951 г. по обвинению в том, что «...являлся одним из основателей и руководителей еврейской антисоветской террористической молодежной организации, осуществлял вербовку новых членов в организацию, подготавливал распространение антисоветских листовок и документов, проводил подготовку к совершению террористических актов против руководителей ВКП (б) и Советского правительства, намеревался установить преступную связь с представителями враждебных иностранных государств и антисоветских националистических формирований, действующих на территории СССР...». Во время следствия содержался в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

Приговором Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. Фурман В.Л. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осужден к расстрелу, с конфискацией всего принадлежащего ему имущества. Приговор приведен в исполнение 26 марта 1952 г.
Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. признан осужденным по ст.ст. 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР и приговорен к 10 годам ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет без конфискации имущества. .

Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено. Страница на сайте проекта.

 

Эльгиссер Инна Леоновна, 1930 г.р., уроженка г. Москвы, гражданка СССР, член ВЛКСМ, из служащих, ранее не судима, проживала в Москве, до ареста — студентка Московского городского педагогического института.

Арестована органами МГБ СССР 18 марта 1951 г. по обвинению в том, что «...являлась участницей еврейской антисоветской террористической молодежной организации “Союз борьбы за дело революции”, ставившей своей целью борьбу за свержение Советской власти, занималась вербовкой новых участников, разделяла террористические замыслы участников группы, проводила антисоветскую агитацию, размножала и распространяла документы антисоветского содержания...». Во время следствия содержалась в Лефортовской тюрьме МГБ СССР.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 13 февраля 1952 г. в соответствии со ст.ст. 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР осуждена к лишению свободы в ИТЛ сроком на 10 лет, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией имущества. Отбывала наказание в Дубровском ИТЛ МВД СССР.

Определением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 21 апреля 1956 г. назначена мера наказания 3 года ИТЛ, без поражения в правах и без конфискации имущества. За отбытием наказания Эльгиссер И.Л. из-под стражи освобождена 25 апреля 1956 г.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. «Об амнистии» признана не имеющей судимости, поражение в правах снято. Постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 18 июля 1989 г. производство по делу прекращено.

 

Решение Верховного суда СССР о пересмотре дела "СДР" от 21 апреля 1956 года

Секретно

ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 008/52

ВОЕННАЯ КОЛЛЕГИЯ ВЕРХОВНОГО СУДА СССР

в составе: Председательствующего полковника юстиции БОРИСОГЛЕБСКОГО и членов — полковника юстиции ЛИХАЧЕВА и полковника юстиции ДОЛОТЦЕВА рассмотрела в заседании от 21 апреля 1956 г. в порядке ст. 373 УПК РСФСР ЗАКЛЮЧЕНИЕ ГЛАВНОГО ВОЕННОГО ПРОКУРОРА по делу осужденных 13 февраля 1952 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР по статьям 58-1 «а», 58-8, 58-10 ч. 1 и 58-11 УК РСФСР —

1. СЛУЦКОГО Бориса Владимировича, 1932 года рождения, уроженца гор. Астрахани;

2. ФУРМАНА Владилена Леонидовича, 1931 года рождения, уроженца гор. Одесса;

3. ГУРЕВИЧА Евгения Зиновьевича, 1931 года рождения, уроженца гор. Днепропетровска — всех троих к высшей мере наказания — расстрелу, с конфискацией всего принадлежащего им имущества.

4. МЕЛЬНИКОВА Владимира Захаровича, 1932 года рождения, уроженца г. Москвы;

5. ПЕЧУРО Сусанны Соломоновны, 1933 года рождения, уроженки горо- да Москвы;

б. ЭЛЬГИССЕР Инны Леоновны, 1930 года рождения, уроженки горо- да Москвы;

7. МАЗУРА Григория Гдальевича, 1931 года рождения, уроженца горо- да Новозыбкова;

8. АРГИНСКОЙ Ирэны Ильиничны, 1932 года рождения, уроженки горо-да Москвы;

9. ВОИНА Феликса Мироновича, 1931 года рождения, уроженца м. Городища Житомирской области;

10. ПАНФИЛОВОЙ Екатерины Михайловны, 1932 года рождения, уроженки гор. Москвы;

11. УЛАНОВСКОЙ Майи Александровны, 1932 года рождения, уроженки гор. Нью-Йорка (США), гражданки СССР;

12. ВИННИКОВОЙ Иды Львовны, 1931 года рождения, уроженки горо- да Москвы;

13. РЕЙФ Аллы Евгеньевны, 1931 года рождения, уроженки города Киева, — всех ДЕСЯТЬ по совокупности преступлений — к лишению свободы в ИТЛ сроком на 25 лет, с поражением в правах на 5 лет и конфискацией всего лично им принадлежащего имущества каждого;

14. УФЛЯНД Нины Евгеньевны, 1934 года рождения, уроженки города Ленинграда;

15. СМИРНОВОЙ Галины Анфаловны, 1931 года рождения, уроженки города Александровска-Сахалинского, — каждую по совокупности преступлений к 10 годам ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией всего лично им принадлежащего имущества;

16. РАБИНОВИЧ Тамары Лазаревны, 1932 года рождения, уроженки гор. Москвы, осужденной по статьям 17-58-8, 58-10 ч. 1, 58-11 УК РСФСР по совокупности преступлений к 10 годам ИТЛ, с поражением в правах на 5 лет и с конфискацией всего лично ей принадлежащего имущества.

Определением постоянной сессии Верховного суда Коми АССР от 21 августа 1954 года ПЕЧУРО, как совершившей преступление в несовершеннолетнем возрасте, на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 24 апреля 1954 года срок наказания сокращен до 9 лет ИТЛ.

Определением Верховного суда Мордовской АССР от 19 июля 1954 года УФЛЯНД на основании того же Указа досрочно освобождена от наказания со снятием поражения в правах.

Заслушав доклад тов. ДОЛОТЦЕВА и заключение пом. главного военного прокурора, подполковника юстиции ОНИШКО, —

УСТАНОВИЛА:

по приговору суд нашел доказанным, что летом 1950 года в городе Москве группой еврейских националистов была создана изменническая, террористическая организация, именовавшаяся «Союз борьбы за дело революции». Участники этой организации ставили свой целью свержение существующего в СССР строя путем вооруженного восстания и совершения террористических актов над руководителями Советского правительства и КПСС.

Инициаторами создания указанной организации являлись СЛУЦКИЙ, ФУРМАН и ГУРЕВИЧ. В августе 1950 года они создали «Организационный комитет» и этим положили начало антисоветской организации. Вскоре в состав «Организационного комитета» также вошли МЕЛЬНИКОВ и ПЕЧУРО, завербованные СЛУЦКИМ, ФУРМАНОМ и ГУРЕВИЧЕМ. В качестве руководящих документов для проведения преступной деятельности главари этой организации выработали «программу» и «манифест» и составили ряд других документов антисоветского содержания. В основу программы, обсужденной и одобренной на сборищах, были положены троцкистские взгляды, в ней возводилась клевета на советский государственный строй, внутреннюю и внешнюю политику Советского правительства и излагались методы и способы борьбы с Советской властью.

СЛУЦКИЙ, ФУРМАН, ГУРЕВИЧ, ПЕЧУРО и МЕЛЬНИКОВ развернули работу по расширению антисоветской организации и в течение сентября — декабря 1950 года вовлекли в нее ЭЛЬГИССЕР, АРГИНСКУЮ, ПАНФИЛОВУ, УФЛЯНД, МАЗУРА, УЛАНОВСКУЮ, ВИННИКОВУ и РЕЙФ. Они также принимали меры к созданию подобных антисоветских организаций в других городах Советского Союза, намеревались установить преступную связь с украинскими националистами и намечали подрывную изменническую деятельность в случае нападения на СССР империалистического блока.

В январе 1951 года СЛУЦКИЙ и АРГИНСКАЯ с целью создания филиала антисоветской организацию выехали в гор. Ленинград, где СЛУЦКИЙ привлек к антисоветской деятельности СМИРНОВУ и поручил ей проводить работу по вовлечению других лиц в эту организацию.

ФУРМАН, находясь в г. Рязани, завербовал в конце 1950 года в контрреволюционную организацию ВОИНА и пытался завербовать других лиц.

СЛУЦКИЙ, ФУРМАН и ГУРЕВИЧ неоднократно обсуждали вопрос о совершении террористических актов над руководителями Советского правительства и КПСС. Наибольшую активность в постановке вопроса о подготовке террористических актов проявлял ГУРЕВИЧ, предложивший создать законспирированную группу террористов, руководство которой он брал на себя. В связи с обсуждением на сборищах вопроса о терактах МЕЛЬНИКОВ передал имевшийся у него револьвер ГУРЕВИЧУ,

В целях размножения антисоветских документов СЛУЦКИЙ, МЕЛЬНИКОВ, МАЗУР и ПЕЧУРО при помощи ПАНФИЛОВОЙ изготовили гектограф, на котором отпечатали несколько экземпляров «программы» и других антисоветских документов.

СЛУЦКИЙ, ФУРМАН и МАЗУР приступили к изготовлению специального шифра в целях использования его при переписке с участниками организации.

В отношении РАБИНОВИЧ суд признал установленным, что в октябре 1950 года ГУРЕВИЧ и УЛАНОВСКАЯ намеревались вовлечь ее в антисоветскую националистическую организацию и в связи с этим ГУРЕВИЧ ознакомил ее с «манифестом» организации, и вместе с УЛАНОВСКОЙ в присутствии РАБИНОВИЧ проводил антисоветскую агитацию. РАБИНОВИЧ, соглашаясь с враждебными взглядами ГУРЕВИЧА и УЛАНОВСКОЙ, также высказывала антисоветские измышления. Кроме того, РАБИНОВИЧ было известно от ГУРЕВИЧА о его террористических намерениях в отношении некоторых руководителей Советского правительства и КПСС.

В основу обвинения СЛУЦКОГО, ГУРЕВИЧА, ФУРМАНА, ПЕЧУРО, МЕЛЬНИКОВА, МАЗУРА, АРГИНСКОЙ, ПАНФИЛОВОЙ, УЛАНОВСКОЙ, ВИННИКОВОЙ, РЕЙФ, СМИРНОВОЙ, ЭЛЬГИССЕР, ВОИНА и УФЛЯНД судом положены их показания, данные на предварительном следствии и в суде, и вещественные доказательства — документы антисоветского содержания, изъятые у осужденных во время арестов и обысков.

После осуждения ПЕЧУРО, ВОИН, МЕЛЬНИКОВ, РАБИНОВИЧ, УФЛЯНД и другие в своих жалобах и заявлениях стали утверждать о том, что они никакой изменнической и террористической деятельности не вели, что объем их вины на предварительном следствии и в суде значительно преувеличен в результате применения к ним незаконных методов следствия. В связи с поступлением указанных жалоб Главный Военной Прокуратурой по делу произведена дополнительная проверка, по материалам которой устанавливается, что СЛУЦКИЙ, ФУРМАН, ГУРЕВИЧ, МЕЛЬНИКОВ, ПЕЧУРО, ЭЛЬГИССЕР, МАЗУР, АРГИНСКАЯ, ПАНФИЛОВА, УЛАНОВСКАЯ, РЕЙФ, ВИННИКОВА, СМИРНОВА, УФЛЯНД и ВОИН по статьям 58-1а, 58-8 УК РСФСР, а РАБИНОВИЧ по статье 17-58-8 УК РСФСР осуждены необоснованно, поэтому в заключении ставится вопрос об отмене приговора в этой части и прекращении дела производством по следующим основаниям.

На допросах во время дополнительной проверки МЕЛЬНИКОВ, ПЕЧУРО, МАЗУР, АРГИНСКАЯ, ЭЛЬГИССЕР, ПАНФИЛОВА, УЛАНОВСКАЯ, РЕЙФ, СМИРНОВА, УФЛЯНД, ВИННИКОВА, ВОИН и РАБИНОВИЧ отказались от показаний, данных ими на предварительном следствии и в суде, о том, что организация «СДР» и отдельные ее участники имели изменнические или террористические намерения, заявив, что такие показания от них получены под принуждением или иным незаконным влиянием следователей. Заявления осужденных о необъективном ведении предварительного следствия по данному делу находят свое подтверждение. Проверкой установлено, что в процессе предварительного следствия действительно имели место нарушения законности и что в отношении осужденных по настоящему делу применялись меры принуждения, выразившиеся в систематических и длительных ночных допросах арестованных, чем они лишались нормального сна и отдыха, в лишении передач, в лишении права пользоваться ларьком и т.п. Показания арестованных записывались необъективно, многие вызовы на допросы протоколами не оформлялись, практиковалось составление протоколов допроса в отсутствии арестованных, составлялись так называемые «обобщенные протоколы допросов».

Так, ПЕЧУРО вызывалась следователем ОВЧИННИКОВЫМ на допросы 56 раз, а протоколов им составлено только 11; УФЛЯНД вызывалась на допросы этим же следователем 34 раза, а протоколов допроса составлено 6. В то же время ОВЧИННИКОВЫМ составлены протоколы допроса УФЛЯНД от 28 февраля и 23 марта 1951г. и ПЕЧУРО от 7 и 26 марта, 5 и 18 апреля, 15 и 29 мая 1951 года, тогда как в эти дни указанные лица на допросы вообще не вызывались. Аналогичные факты имели место и в отношении других осужденных. <...>

Допрошенные во время дополнительной проверки бывшие следователи по данному делу ОВЧИННИКОВ и СМЕЛОВ подтвердили факты нарушения Закона и пояснили, что это делалось по указанию бывшего руководства следственной части при МГБ СССР ЛИХАЧЕВА и ПУТИНЦЕВА (оба осуждены за фальсификацию следственных дел).

ОВЧИННИКОВ показал, что СЛУЦКОМУ, ГУРЕВИЧУ и другим в начале предварительного следствия не предъявлялось обвинение в террористических намерениях, тогда на одном из оперативных совещаний ЛИХАЧЕВ упрекнул следователей в том, что они не получили показаний о террористических намерениях участников «СДР», хотя у одного из них было изъято оружие. ОВЧИННИКОВ далее показал: «ЛИХАЧЕВ предложил восполнить это в последующих протоколах допросов».

ОВЧИННИКОВ также показал, что во время предварительного следствия составлялись обобщенные протоколы допросов, которые тщательно корректировались ШВАРЦМАНОМ (осужден за фальсификацию следственных дел) и только после этого давались на подпись арестованным.

Бывший следователь СМЕЛОВ показал, что «в протоколах записывались показания арестованных с явно обвинительным уклоном».

В приобщенной к делу «программе» и других документах «СДР», изъятых при аресте участников организации, не имеется указаний о террористических методах борьбы против существующего в СССР строя, не содержится этого и в составленных ГУРЕВИЧЕМ «тезисах о тактике», при обсуждении которых произошел так называемый «раскол» якобы на почве разногласий по вопросу о терроре. <...>

Что касается изъятого у ГУРЕВИЧА револьвера, то следует учесть, что он являлся неисправным и, как показал МЕЛЬНИКОВ во время дополнительной проверки, был передан ГУРЕВИЧУ без каких-либо преступных целей.

Осужденные ГУРЕВИЧ, СЛУЦКИЙ и ФУРМАН ввиду их смерти во время дополнительной проверки не допрашивались, однако их показания на предварительном следствии и в суде в части террористических намерений «СДР» и отдельных ее участников являются весьма противоречивыми, а поэтому и не могут быть признаны за доказательство виновности как СЛУЦКОГО, ГУРЕВИЧА и ФУРМАНА, так и других лип, осужденных по настоящему делу.

При таких обстоятельствах, говорится в заключении, нет оснований считать «СДР» террористической организацией в целом и вменять в вину ее участникам статью 58-8 УК РСФСР.

По материалам дела и материалам дополнительной проверки также устанавливается, что в действиях СЛУЦКОГО, ФУРМАНА, ГУРЕВИЧА, МЕЛЬНИКОВА, ПЕЧУРО, МАЗУРА, ЭЛЬГИССЕР, АРГИНСКОЙ, ПАНФИЛОВОЙ, ВОИНА, УЛАНОВСКОЙ, ВИННИКОВОЙ, РЕЙФ, СМИРНОВОЙ и УФЛЯНД отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ст. 58-1 «а» УК РСФСР.

Вместе с тем, факт создания контрреволюционной организации «СДР» по инициативе Слуцкого, Фурмана и Гуревича материалами дела и дополнительной проверки установлен. Также установлено, что основным методом контрреволюционной деятельности участников «СДР» являлись антисоветская агитация и пропаганда. Виновность каждого из осужденных в отдельности по материалам дела и дополнительной проверки установлена следующая.

СЛУЦКИЙ, ФУРМАН и ГУРЕВИЧ в августе 1950 года создали антисоветскую организацию «СДР», являлись членами организационного комитета «СДР» и главарями этой организации, вовлекли в нее ряд лиц из советской молодежи, изготовили «программу», «Манифест» и ряд других документов контрреволюционного содержания, размножили часть этих документов и распространяли их среди советских граждан, проводили сборища участников этой организации, на которых обсуждались вопросы и планы антисоветской деятельности.

МЕЛЬНИКОВ — с августа 1950 года состоял в антисоветской организации «СДР», являлся членом «организационного комитета», принимал участие в изготовлении гектографа для размножения документов антисоветского содержания и присутствовал на сборищах членов «СДР».

ПЕЧУРО — с августа 1950 года состояла в «СДР», была членом «оргкомитета», участвовала в нелегальных сборищах, вела протоколы этих сборищ, участвовала в изготовлении гектографа, в составлении, размножении и распространении «программы» «СДР», завербовала в «СДР» АРГИНСКУЮ и ПАНФИЛОВУ, пыталась завербовать ряд других лиц и с этой целью обрабатывала их в антисоветском духе.

МАЗУР — с августа 1950 года являлся участником «СДР», присутствовал на нелегальных: сборищах, участвовал в изготовлении гектографа, размножении «программы» «СДР» и других документов антисоветского содержания, участвовал в изготовлении шифра для организации.

АРГИНСКАЯ — с октября 1950 года была участницей «СДР» предоставляла свою квартиру для нелегальных сборищ, хранила у себя на квартире антисоветские документы «СДР», принимала участие в изготовлении гектографа, размножении «программы» «СДР» и в распространении антисоветских документов, пыталась завербовать «СДР» ряд лиц, ездила со Слуцким в Ленинград и участвовала в вербовке в «СДР» Смирновой.

ПАНФИЛОВА — с октября 1950 года была участницей «СДР», присутствовала на двух нелегальных сборищах, принимала участие в вовлечении Аргинской в «СДР».

УЛАНОВСКАЯ — с ноября 1950 года была участницей «СДР», предоставляла свою квартиру для нелегальных сборищ, в которых принимала участие и сама.

РЕЙФ — с октября 1950 года являлась участницей «СДР», присутствовала на двух нелегальных сборищах, на которых вела протоколы, хранила у себе эти протоколы и другие антисоветские документы «СДР», а также хранила текст националистического стихотворения, начинающегося словами «На Ваш вопрос…».

СМИРНОВА — в январе 1951 года дала согласие Слуцкому на вступление в «СДР», получила от него задание вербовать в эту организацию других лиц, и с этой целью познакомила свою подругу Новогородцеву со Слуцким.

Таким образом, говорится в заключении, все указанные выше лица совершили преступления, предусмотренные статьями 58-10, ч. 1, 58-11 УК РСФСР.

В заключении предлагается назначить наказание по статье 58-10, ч. 1 УК РСФСР Слуцкому, Гуревичу и Фурману — лишение свободы в ИТЛ сроком на 10 лет; Мельникову, Печуро, Мазуру, Аргинской, Панфиловой, Улановской и Рейф — по 5 лет лишения свободы в ИТЛ каждому, а Смирновой — 3 года лишения свободы.

В отношении Эльгиссер, Винниковой, Уфлянд и Рабинович в заключении ставится вопрос отменить также приговор в части их осуждения по статье 58-11 УК РСФСР и дело в этой части за недоказанностью обвинения производством прекратить, а обвинение их по статье 58-10, ч. 1 УК РСФСР переквалифицирован на ст. 58-12 УК РСФСР, по следующим основаниям.

Обвинение Эльгиссер в принадлежности к «СДР» основано на ее личных показаниях на предварительном следствии и показаниях Слуцкого и Фурмана, однако Эльгиссер в своих жалобах и на допросах во время дополнительной проверки отказалась от этих показаний и заявила, что Слуцкий и Фурман пытались вовлечь ее в «СДР», но она не согласилась. Показания Слуцкого и Фурмана о принадлежности Эльгиссер к «СДР» весьма неконкретны и противоречивы, а поэтому и не могут служить доказательством виновности Эльгиссер.

Проверкой установлено, что изъятые у Эльгиссер рукописные тексты стихов являются отрывками из поэмы М. Алигер «Твоя победа» с некоторыми изменениями и дополнениями, в содержании которых не усматривается признаков состава преступления, предусмотренного ст. 58-10, ч. 1 УК РСФСР.

Обвинение Винниковой в принадлежности к «СДР» основано на ее личных показаниях и показаниях Гуревича. В жалобах и на допросе во время дополнительной проверки Винникова отказалась от ранее данных показаний как ложных и заявила, что Гуревич в ее присутствии вел антисоветские разговоры и предлагал ей вступить в контрреволюционную организацию «СДР», но она отклонила это предложение, однако органам власти о Гуревиче не донесла. Показания Гуревича о принадлежности Винниковой к «СДР» весьма неконкретны и из них нельзя сделать вывода о причастности Винниковой к «СДР».

Обвинение Уфлянд в принадлежности к «СДР» основано на показаниях Печуро, данных ею на предварительном следствии и в суде, и показаниях самой Уфлянд. В жалобах и на допросах во время дополнительной проверки Печуро и Уфлянд изменили свои показания. Печуро показала, что она рассказывала Уфлянд о существовании «СДР», знакомила ее с содержанием «программы» и вела при ней антисоветские разговоры. Такие же показания на дополнительной проверке дала и Уфлянд, последняя также заявила, что Печуро давала ей тезисы «программы», но она, Уфлянд, отказалась вступить в «СДР», а «программу», не читая, передала соученице Гольдштейн.

В отношении Рабинович материалами дела, говорится в заключении, установлено, что она, будучи знакома с Гуревичем, неоднократно слышала от него антисоветские высказывания, однако органам власти об этом не донесла.

Таким образом, по материалам дополнительной проверки устанавливается, что Эльгиссер, Винникова и Уфлянд знали о существовании антисоветской организации «СДР», знали отдельных ее участников, но органам власти об этом не донесли, а Рабинович знала об антисоветских высказываниях Гуревича и об этом не донесла органам власти.

В заключении предлагается назначить наказание по ст. 58-12 УК РСФСР Винниковой, Эльгиссер и Уфлянд 3 года ИТЛ каждой, а Рабинович — два года лишения свободы в общих местах заключения.

В отношении Воина материалами дела и дополнительной проверки установлено, что он в декабре 1950 года познакомился с Фурманом, который предложил ему вступить в антисоветскую организацию. Об этом предложении Воин сообщил секретарю комитета комсомола Маркову и секретарю парторганизации Уткину. От Уткина Воин получил установку выяснить у Фурмана более подробные данные об «СДР», для чего дать формальное согласие на вступление в эту организацию. Воин эту установку выполнил, а затем 17 января 1951 года подробно обо всем сообщил в своем заявлении в УМГБ Рязанской области. При таком положении нет оснований обвинять Воина в принадлежности к «СДР». Изъятые при аресте у Воина наброски двух стихотворений, написанные в 1949 году, по своему содержанию являются нездоровыми, однако их изготовление не образует состава преступления, предусмотренного ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР.

По изложенным основаниям в заключении ставится вопрос об отмене приговора в отношении Воина и по статьям 58-10 ч. 1, 58-11 УК РСФСР на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР.

Рассмотрев материалы дела и материалы дополнительной проверки Военная Коллегия Верховного Суда СССР находит, что в заключении Главного военного прокурора по вновь открывшимся обстоятельствам обоснованно ставится вопрос об отмене приговора в отношении Воина и прекращении дела для него по ст. 4 п. 5 УПК РСФСР, и об изменении приговора в отношении Слуцкого, Гуревича, Фурмана, Мельникова. Печуро, Мазура, Аргинской, Панфиловой, Улановской, Рейф, Уфлянд, Эльгиссер, Винниковой и Смирновой, вместе с тем Военная Коллегия считает, что дело в части обвинения указанных лиц по статьям 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР подлежит прекращению на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР, т.к. по материалам дополнительной проверки устанавливается, что в их действиях отсутствуют признаки составов преступлений, предусмотренные указанными выше статьями.

Военная Коллегия также находит, что приговор в отношении Рабинович в части ее обвинения по статьям 17-58-8, 58-10, 58-11 УК РСФСР подлежит отмене, а дело прекращению в силу ст. 4 п. 5 УПК РСФСР, т.к. по материалам дополнительной проверки устанавливается, что она участницей антисоветской организации не являлась и о существовании ее не знала, что же касается ее высказываний о якобы необоснованном осуждении ее родителей, то эти высказывания не содержат состава преступления, предусмотренного ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР.

Не имеется достаточных оснований и для вменения Рабинович в вину ст. 58-12 УК РСФСР, ибо она не знала о всей преступной деятельности Гуревича, а услышав от него лишь отдельные высказывания, как они устанавливаются по материалам дополнительной проверки, Рабинович, будучи тогда в возрасте 18 лет и не имея достаточной политической подготовки, не могла дать должную политическую оценку высказываниям Гуревича.

На основании изложенного Военная Коллегия Верховного Суда СССР

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Военной Коллегии Верховного Суда СССР от 6—13 февраля 1952 года в отношении ВОИНА Феликса Мироновича и РАБИНОВИЧ Тамары Лазаревны по вновь открывшимся обстоятельствам полностью отменить и дело в отношении их на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР производством прекратить. ВОИНА и РАБИНОВИЧ из-под стражи освободить.

Тот же приговор в части обвинения СЛУЦКОГО, ФУРМАНА, ГУРЕВИЧА, МЕЛЬНИКОВА, ПЕЧУРО, МАЗУРА, АРГИНСКОЙ, ПАНФИЛОВОЙ, УЛАНОВСКОЙ, РЕЙФ, СМИРНОВОЙ, ЭЛЬГИССЕР, ВИННИКОВОЙ и УФЛЯНД по статьям 58-1 «а», 58-8 УК РСФСР по вновь открывшимся обстоятельствам отменить, и дело в этой части прекратить на основании ст. 4 п. 5 УПК РСФСР.

Тот же приговор в части обвинения ЭЛЬГИССЕР, ВИННИКОВОЙ и УФЛЯНД по ст. 58-11 УК РСФСР отменить, и дело в этой части за недоказанностью обвинения производством прекратить.

Переквалифицировать обвинение ЭЛЬГИССЕР Инны Леоновны, ВИННИКОВОЙ Иды Львовны и УФЛЯНД Нины Евгеньевны со ст. 58-10 ч. 1 УК РСФСР на ст. 58-12 УК РСФСР и по этой статье назначить каждой из них меру наказания три года лишения свободы в ИТЛ, без поражения в правах.

Считать осужденными по настоящему делу СЛУЦКОГО, ФУРМАНА, ГУРЕВИЧА, МЕЛЬНИКОВА, ПЕЧУРО, МАЗУРА, АРГИНСКУЮ, ПАНФИЛОВУ, УЛАНОВСКУЮ, РЕЙФ и СМИРНОВУ по статьям 58-10, ч. 1, 58-11 УК PCФСР. По ст. 58-10, ч. 1 УК РСФСР СЛУЦКОМУ Б.В., ФУРМАНУ В.Л. и ГУРЕВИЧУ Е.З. назначить лишение свободы в ИТЛ сроком на десять (10) лет каждому.

По ст. 58-10, ч. 1 УК РСФСР снизить меру наказания МЕЛЬНИКОВУ В.З., МАЗУРУ Г.Г., ПАНФИЛОВОЙ E.M., УЛАНОВСКОЙ М.А., АРГИНСКОЙ И.И., и РЕЙФ A.Е. до пяти лет лишения свобода в ИТЛ каждому, с поражением в правах на два года, ПЕЧУРО C.C. — до пяти лет лишения свободы в ИТЛ, без поражения в правах, и СМИРНОВОЙ Г.А. — до трех лет лишения свободы в ИТЛ, без поражения в правах.

В отношении всех осужденных по настоящему делу исключить из приговора указание о конфискации лично им принадлежащего имущества.

За отбытием назначенного наказания МЕЛЬНИКОВА, ПЕЧУРО, МАЗУРА, АРГИНСКУЮ, ПАНФИЛОВУ, УЛАНОВСКУЮ, РЕЙФ, СМИРНОВУ, ЭЛЬГИССЕР и ВИННИКОВУ из-под стражи освободить.

На основании ст. 6 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 года «Об амнистии» ПЕЧУРО, СМИРНОВУ, ЭЛЬГИССЕР, ВИННИКОВУ и УФЛЯНД считать не имеющими судимости, а с МЕЛЬНИКОВА, МАЗУРА, ПАНФИЛОВОЙ, УЛАНОВСКОЙ, АРГИНСКОЙ и РЕЙФ снять поражение в правах и также считать их не имеющими судимости.

Подлинное за надлежащими подписями.

С ПОДЛИННЫМ ВЕРНО:

Судебный секретарь Военной коллегии, старший лейтенант МАРКОВ

ЦАВС РФ. Копия.

7 февраля 2019
14 230