Бессмертный барак
Сохранено 1873376 имен
Поддержать проект

Бурмистров Виктор Михайлович

Бурмистров Виктор Михайлович
Страницу ведёт: dasdobnov dasdobnov
Дата рождения:
29 января 1889 г.
Дата смерти:
2 апреля 1938 г., на 50 году жизни
Социальный статус:
юрист, работник органов юстиции и прокуратуры, в разное время председатель Следственной комиссии Саратовского губернского революционного трибунала, прокурор Саратовской губернии, прокурор Северо-Кавказского края, прокурор Западно-Сибирского края, прокурор Средне-Волжского края. На момент ареста - начальник судебного отдела по гражданским делам Прокуратуры РСФСР.
Образование:
среднее
Национальность:
русский
Место рождения:
Саратов, Саратовская область, Россия (ранее РСФСР)
Место проживания:
Москва, Россия (ранее РСФСР)
Место захоронения:
Коммунарка место массовых расстрелов, Москва, Россия (ранее РСФСР)
Дата ареста:
11 октября 1937 г.
Приговорен:
Военной Коллегией Верховного Суда СССР 02.04.1938 г. по обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации
Приговор:
к высшей мере наказания — расстрел
Реабилитирован:
19 ноября 1964 г. решением ВКВС СССР
Источник данных:
Справка составлена по данным от родственников
  • ФОТОКАРТОТЕКА
  • ОТ РОДНЫХ
ФОТОКАРТОТЕКА
ОТ РОДНЫХ

Бурмистров Виктор Михайлович родился 29 января 1889 года в городе Саратове в семье рабочего. Образование - 2 класса начального училища и параллельно 2 года воскресной школы. В 11 лет потерял отца, в связи с чем учебу продолжить не смог, а был направлен в подмастерья в слесарную мастерскую.

Затем в течение 12 лет работал сначала жестянщиком, затем по торговой части. В 1915 году был призван в действующую армию, служил в пехоте рядовым. Участвовал в Первой мировой войне. Был тяжело ранен. Находясь на излечении в Пензе в 1917 году вступил в партию большевиов. В мае 1917 года уволен с военной службы в связи с инвалидностью с пенсией 4-го разряда.

В 1917-1918 гг. - направлен в город Баронск (ныне г. Маркс Саратовской области) на партийную работу. Работает в Пролетарском союзе увечных воинов, затем членом первого Баронского Совета. Возглавляет "работу по сбору контрибуции с буржуазии".

С августа 1918 - работа в канцеляри Центрального жилищного отдела. С января 1919 - работа в следственной комиссии при Саратовском Ревтрибунале, вдальнейшем заместитель предселателя Ревтрибунала. С марта 1921 - председатель оперативной тройки 4-го экспедиционного отряда по борьбе с бандитизмом и восстановлению Советской власти в Новоузенском и Покровском уездах Саратовской губернии. С мая 1921 - заведующий губернским карательным отделом, член коллегии Губюста. С декабря 1921 - заведующий Саргубюстом. С 1 августа 1922 - назначен на должность прокурора Саратовской губернии. С 12 сентября 1925 - прокурор Северо-Кавказского края. 1929-1930 гг. - прокурор Сибирского и Западно-Сибирского края. 1931-1932 гг. - старший помощник прокурора РСФСР. С 10 апреля 1932 - прокурор Средне-Волжского края. В качестве прокурора Средне-Волжского края занимался проблемами хищения хлеба и Голодомора. С октября 1933 - старший помощник прокурора РСФСР, затем начальник отдела по надзору за ИТУ и местами предварительного заключения. С 13 февраля 1935 - старший помощник прокурора РСФСР по специальному сектору, затем начальник судебного отдела по гражданским делам прокуратуры РСФСР.

Арестован 11 октября 1937 года. Осужден 2 апреля 1938 года и в тот же день расстрелян на полигоне "Коммунарка".

Бурмистров В.М. был женат, имел дух сыновей 1917 и 1919 годов рождения.


Информационное сообщение прокурора Средне-Волжского края В. М. Бурмистрова в Крайком ВКП(б)и Крайисполком "О мерах борьбы с хищениями хлеба".

25 августа 1932 г.

Секретно

Общие мероприятия по линии прокуратуры и суда в отношении борьбы с хищениями хлеба и предварительные итоги судебной репрессии к расхитителям до издания постановления ЦК и СНК Союза от 7 августа сообщены были в нашей информации от 11 августа.

С получением постановления ЦИК и СНК Союза от 7 августа, установившего высшую карательную политику за хищения, краевая прокуратура и суд дали на места развернутую директиву.

Дела о хищениях, как правило, рассматриваются в специально организованных 5 выездных сессиях крайсуда — Самара, Оренбург, Пенза, Ульяновск, Сызрань. Дела о мелких хищениях рассматриваются нарсудом.

Общая картина судебной политики на 26 августа (по 46 районам) как по нарсудам, так и сессиям крайсуда дает следующие показатели: всего осуждено за хищение хлеба 1683; к расстрелу осудили 5; к лишению свободы 510; к другим мерам социальной защиты 605; не сообщили о мерах социальной защиты 565.

В социальном разрезе осуждено:

Кулацко-зажиточные элементы: расстрел 1; лишение свободы 128; прочие 14. Всего 204, или 18 %; не указано мер социальной защиты — 61 чел.

Середняки: расстрел 3; лишение свободы 123; прочие 217; не указано мер социальной защиты 122. Всего 465, или 40 %

Бедняки: лишение свободы 33; прочие 74; не указано мер социальной защиты 88. Всего 195 чел., или 16 %.

Колхозники: лишение свободы 77; прочие 137; не указано мер социальной защиты 88. Всего 302, или 26 %

Преобладающее большинство дел рассмотрено до издания постановления ЦК и СНК от 7 августа, и в соответствии с установкой край прокуратуры и крайсуда ряд районов сумел обеспечить жесткую расправу с расхитителями, так например: по Бузулукскому р. 2 кулака осуждены на 7 лет лишения свободы, вообще же по району осуждено 48 чел. к лишению свободы; по Сергиевскому р. 11 кулаков — на 5 лет лишения свободы; по Иссинскому р. 3 кулака — от 5 до 10 лет лишения свободы; по Абдулинскому р. 7 кулаков — по 7 лет ссылки; вообще осуждено 35 чел. к лишению свободы.

Приводится ряд характерных дел о хищениях.

В Орском р. 31 июля была раскрыта группа воров колхозного и совхозного имущества в с. Каргай Покровке в числе 8 чел., из которых 7 чел. — разложившиеся колхозники и один единоличник. В 1932 г. они совершили до 10 краж — похитили 62 пуда семян, 1026 из МТФ1, 83 кг масла, корову из МТФ и др. Суд 2 августа приговорил 1 чел. к 6 годам, 2 чел. — по 5 лет,

1  чел. — к 4 годам лишения свободы. В пос. Чукери кулачка Крыжина 3 раза задерживалась с крадеными колосьями, рассчитывая, что ее как женщину не будут судить. 6 августа приговорена к 5 годам лишения свободы с последующей высылкой из края на 5 лет.

В Павловском р. в начале августа в с. Неверкино раскрыта шайка воров в числе 8 чел. во главе [с] торгашом Никитиным, лишившимся избирательных прав, но восстановленным вследствие того, что отец его был красный партизан, а сам Никитин служил в Красной армии. В шайку вошли лодыри,  рвачи-колхозники, имевшие судимость. Шайка занималась неоднократно кражами с колхозного поля, присваивала зерно, собранное зерноуловителями. 13 августа их судили и приговорили главарей шайки Никитина и Баландина (быв. торгаш) — по 8 лет лишения свободы, остальные от 1,5 до 4 лет лишения свободы. По этому делу отмечается безобразная постановка охраны задерживаемых при кражах. Никитин, главарь шайки, сбежал перед самым судом, за что сельисполнитель осужден к 1,5 годам лишения свободы.

В Кинель-Черкасском р. при задержании воров в с. Банновка двое, отстреливаясь, скрылись, другой невооруженный был задержан и осужден к 3 годам лишения свободы.

Жесткая мера социальной защиты, рассчитанная на немедленный удар по расхитителям, выносилась также по Орскому, Чердаклинскому, Кузоватовскому, Борскому и другим районам.

Безобразно плохо начали борьбу с хищениями, кроме районов, указанных в первом донесении (Ставропольский, Керенский, Байтугановский и Приволжский), также и Красноярский, Андреевский и Петровский районы.

В Красноярском р. нарсудья Пчелинцев вместо того, чтобы сразу же взять жесткий курс борьбы, проявил недопустимое правооппортунистическое благо-душие к кулаку: один кулак осужден 28 июля к 3 годам лишения свободы условно, а второй — к 6 мес. принудработ. В то же время (с 22 по 30 июня) нарсуд Андреевского р. приговаривает кулаков к лишению свободы условно — 1  чел., к принудработам от 3 мес. — 4 кулаков. В Сызранском р. судили условно в трех случаях колхозников и бедняков, такая же картина и в Борском, Павловском районах. В Пензенском р. в 5 случаях кулаков судили к принудработам от 2 месяцев (принесены протесты).

Наряду с проявлением в ряде районов хороших образцов реальной классово выдержанной борьбы с хищениями, отдельные районы дали отрицательные показатели и либеральничания, правооппортунистической близорукости.

По этим районам немедленно были приняты меры исправления допущенных политических ошибок путем телеграфных указаний о принесении протестов на мягкие приговоры, высылались на места работники крайпрокуратуры и, наконец, приказом по край прокуратуре и суду наложены дисциплинарные взыскания на прокуроров и судей районов, в которых смазывались дела о хищениях.

О степени реализации постановления ЦИК пока не представляется возможным дать развернутой информации, т.к. с мест последняя поступает со значительными перебоями, и это относится, главным образом, за счет того, что суды находятся в постоянных разъездах. Предварительно имеем следующие сведения:

Осуждено сессиями крайсуда и нарсудом: к расстрелу 7 чел., из них 1 кулак, 3 середняка, 2 рабочих, 1 служащий; к лишению свободы на 10 лет 24 чел., из них 4 кулаков, 9 середняков, 7 рабочих, 4 служащих; к лишению свободы на 8 лет 3 чел., из них 2 середняков, 1 неопределенных занятий; к лишению свободы от 3 до 8 лет 7 чел., из них 1 середняк, 3 служащих, 3 рабочих.

Пониженная репрессия против установленной санкции давалась за мелкие кражи обвиняемым из числа трудящихся.

К расстрелу приговоры выносились:

1) По делу группового организованного хищения хлеба из Серноводского зерносовхоза, шайка во главе с деклассированными элементами и при активном содействии шофера в совхозе систематически воровала хлеб. Главари шайки — 3 чел. — приговорены к расстрелу, остальные 7 участников — к лишению свободы по 10 лет.

2) По делу организованного хищения хлеба с оказанием сопротивления при задержании, главарь группы — середняк — осужден к расстрелу, двое остальных участников — к 10 и 8 годам лишения свободы.

3) По делу хищения хлеба в с. Осиновке Самарского р. — кулачки, бежавшие из ссылки, приговорены к высшей мере социальной защиты, середнячки — к лишению свободы от 5 до 10 лет, беднячка, 70 лет, — к штрафу.

4) По делу хищения обуви работниками кооперации в Самаре — 2 чел. приговорены к расстрелу, остальные — к лишению свободы.

Направлены в сессию крайсуда дела:

1)  О хищениях в Кваркенском р.

2) О групповом хищении в Орском р. — единоличники Мальцевы воровали хлеб, выезжая в поле на двух подводах, имея при себе оружие для оказания сопротивления на случай задержания.

3) О хищениях в Кузнецком р., с. Сюзюмском — во главе с лишенцем Дорошиным путем подпаивания караульщиков, взяточничества в кражах участвовали кладовщик, завхоз и другие лица из колхоза.

За последнее время в прессе участились случаи публикации заметок о мед-ленности расследования дел органами милиции и рассмотрении их в суде. Краевая прокуратура без задержки реагировала на эти сообщения путем дачи на места телеграфных указаний с требованием в отдельных случаях привлечения к ответственности работников, маринующих в своих папках дела (Ново-Девичинский, Чембарский, Ново-Спасский, Илекский, Телегинский, Сорочинский, Кваркенский, Пономаревский, Чапаевский районы и Мордовская обл.).

Однако нужно отметить, что получаемая в прокуратуре сотрудниками газетная информация принимает иногда однобокую и неправильную обработку для печати с тенденцией шельмования органов юстиции. Так, например, сотруднику «Правды» были предъявлены для ознакомления сведения о работе судов и прокуратуры по Орскому р., содержащие образцы большевистской расправы с хищениями — судили к мере социальной защиты по 10 лет. Сотрудник же «Правды» (самарское представительство) Барский, опустив эту сторону нашей работы, дал явно искаженное сообщение, напечатанное в «Правде» за 23 августа59, будто с 8 августа в нарсуде лежит дело о шайке вредителей хлеба, между тем в сообщении прокурора от 17 августа говорится, что дело только возбуждено и будет закончено к 18 августа, после чего направить его в сессию крайсуда.

Отмечен случай неправильного сообщения с мест о хищениях: Пономаревский зерносовхоз донес, что в ночь на 12 августа был налет на автомашину с хлебом, между тем в результате проверки оказалось, что это выдумка, виновные привлечены к партответственности.

Прокуратурой на местах проведена большая массово-разъяснительная работа вокруг постановления ЦИК и СНК от 7 августа. Закон этот популяризировался на колхозных собраниях, в совхозах. Краевая прокуратура выслала своего работника в Тоцкие военные лагеря для проведения разъяснительных бесед среди красноармейцев по вопросам о последних решениях по охране социалистической собственности и борьбе со спекуляцией. Для усиления оперативного руководства на места командирован работник крайпрокуратуры в Чапаевский р., направлена телеграфная просьба Красноярскому райкому о заслушивании докладов нарсудьи и прокурора в связи со смазыванием ими дел о хищениях.

Приняты меры к исправлению политических ляпсусов по делам о хищениях в других отмеченных выше районах, допустивших оппортунистическую мягкотелость.

Прокурор Средне-Волжского края Бурмистров

(ЦГА Самарской обл. Ф. Р-779. Оп. 2. Д. 886. Л. 104—108)


Донесение прокурора Средне-Волжского края В.М. Бурмистрова первому секретарю крайкома ВКП(б) В.П. Шубрикову о случаях каннибализма в Приволжском и Чапаевском районах

«03» мая 1933 года Совершенно секретно

В мае мес. в краевую прокуратуру с периферии поступили два дела о людоедстве. По обоим этим делам по моему предложению ведется расследование старшим следователем для того, чтобы вскрыть все причины, породившие эти случаи. По тому материалу, который поступил с периферии, устанавливается следующее: Первый случай произошел в Приволжском р. в с. Приволжье. В марте мес. с.г. гр-не с. Приволжье обратили внимание на то обстоятельство, что у колхозника колхоза «Память Ильича» Л. исчезли двое детей. При проверке было выяснено, что гр-н Л. Зиновий и его жена Л. Марфа убили двух детей — Павла 6 лет и Марию 2 лет, разрубили их на части, сварили и съели. Гр-н Пилишин, которому все рассказал Л., заявил в милицию. При производстве обыска в квартире Л. были найдены в разных местах человеческие кости и три детских черепа. Кому принадлежит третий череп, установить не удалось. При дальнейшем расследовании установлено, что гр-н Л. с семьей в 1926 г. приехал из с. Пермис быв. Ульяновской губ. в Приволжский р. и поселился в с. Софьино, где до 1929 г. пас скот. В 1931 г. Л. переехал в с. Федоровку, где также пас скот, а затем переехал в Приволжье и вступил в колхоз. За 1932 г. Л. заработал в колхозе 733 кг хлеба (45 пуд. 32 фунта), по показаниям свидетелей, Л. часть заработанного хлеба продал, а деньги пропил, и что Л. вообще часто выпивал. Последняя выдача хлеба — 23 кг муки Л. была проведена в счет расчета 3 декабря 1932 г., после чего семья Л. стала голодать. Старшие дети — Елизавета 11 лет, Анна 7 лет, пошли собирать милостыню, которую, бывали случаи, Л. у них отнимал, а затем, услышав как-то разговор отца с матерью о том, где бы убить детей, обе девочки из дома ушли и больше не приходили. В феврале мес. Л. зарезал свою дочь 2 лет, которую его жена Л. Марфа сварила, и съели, а через несколько дней Л. с женой убили сына и также съели. Находясь под стражей, Л. в изоляторе умер, а его жена будет доставлена в Самару и подвергнута психической экспертизе.

Второй случай людоедства произошел в пос. Нечаевском Переволокского сельсовета Чапаевского р. 29 апреля 1933 г. колхозники выехали в поле чистить колодезь, находящийся между с. Переволоки и пос. Нечаевским. Во время чистки был найден труп ребенка, у которого ноги, задняя часть и одна рука отсутствовали, и вскоре было выяснено, что труп ребенка принадлежит колхознице Н. При допросе Н. показала, что в колхозе она работала с 1930–1931 гг. и 1932 г., по имущественному положению беднячка. В 1930 г. Н. вышла замуж и, как сама показывает, жила хорошо. В колхозе зарабатывала столько, что, несмотря на то что в колхозе ее муж не работал, хлеба им хватало с избытком. В 1932 г. жить стало хуже. Муж Н. стал пить, пропивая заработанный женой хлеб, и бил ее. В 1932 г. Василий Н. стал заниматься скотокрадством и в те редкие дни, когда он живал дома, избивал жену. В августе мес. 1932 г. Н. Василий скрылся, 11 октября его жена Н. Анастасия родила мальчика, но продолжала работать в колхозе.

Ребенка Н. поместила в ясли, но, как она показывает, в конце ноября мес., придя с работы, увидела, что ее ребенок лежит около порога. Из расспросов соседей Н. выяснила, что ребенка принесли из яслей, что его там держать не будут, т.к. он слишком «грязный». В декабре мес. Н. исключили из колхоза за то, что ее муж конокрад, что она последнее время мало работает в колхозе. За 1932 г. ей записано 23трудодня и выдали 16 кг хлеба (с ее слов).

Оставшись без заработка, не имея родственников, Н. стала побираться, но и этим прожить не могла. В феврале мес. Н. пошла побираться в Приволоки и, возвращаясь обратно, дойдя до колодца, была настолько голодна, что съела сперва руку, а затем ногу и заднюю часть ребенка, а остальные части бросила в колодезь.

Все это вытекает из ее собственных показаний, которые не проверены, поэтому я поручил прокурору Чапаевского р. немедленно выехать на место в пос. Нечаевский и произвести полное подробное следствие, которое бы дало возможность судить о том, не является ли данный случай демонстрацией съедения для агитации, т.е. не было ли искусственно создано бедственное положение Н., чтобы толкнуть ее на это преступление, а затем использовать этот случай для агитации, или в данном случае мы имеем преступное отношение со стороны руководства колхоза к Н., ее нуждам, в результате чего она совершила преступление.

Прокурор края Бурмистров

(Самарский областной ГАСПИ. Ф. 1141. Оп. 14. Д. 8. Л. 91–92об.)


Директивное письмо Сибирского краевого суда и краевого прокурора окружным судам и прокурорам о задачах судебных органов в связи с коллективизацией. 5 февраля 1930 г.

5 февраля 1930 г. Секретно.

Колоссальный темп индустриального строительства, широкое развертывание колхозного и совхозного строительства в селе, невиданное движение самых широких масс батраков, бедняков и середняков в сторону переустройства сельского хозяйства на коллективных началах создали необходимые условия для окончательной ликвидации кулачества как класса.

От результатов успешного и правильного проведения колхозного движения, от результатов умелой и четкой работы всех советских органов в области коллективизации, проведения весенней посевной кампании зависит успешный ход ликвидации кулачества как класса.

В свете этих общеполитических установок перед судебными органами стоит ряд громадной политической важности конкретных задач, требующих для своего разрешения перестройки форм и методов работы, решительного перелома в темпах работы, максимальной гибкости и классовой бдительности в проведении всей судебной политики.

Задача судебных органов в области ликвидации кулачества как класса

В соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР от 2 февраля, намечающим ряд мероприятий, которые должны быть проведены в районах сплошной коллективизации для ликвидации кулачества, экспроприация средств производства кулаков и их выселение производятся, как общее правило, соответствующими органами власти в административном, а не судебном порядке. Это положение, однако, ни в какой мере не исключает, а наоборот еще более подчеркивает задачу судебных органов обрушиться всей силой судебной репрессии на кулаков, в той или иной мере и форме противодействующих проведению мероприятий партии и правительства.

Кулак оказывает и будет оказывать упорное сопротивление всем мероприятиям партии и правительства, направленным к дальнейшему расширению колхозного строительства, дальнейшему расширению посевной площади, поднятию урожайности и т. д., причем это сопротивление имеет, конечно, место не только в районах сплошной коллективизации, но также и в равной степени остальных районах. Отсюда задача судорганов заключается в том, что ни в коей мере не ослаблять внимания к выступлениям кулака ко всем вылазкам классового врага, на ходу работы изучая и разоблачая методы и тактику его.

Конкретно задачи в этой области сводятся к следующему:

а) Дальнейшая беспощадная борьба с помощью судебной репрессии со всеми прямыми контрреволюционными выступлениями кулака, террористическими актами против советских активистов, поджогами и уничтожением имущества колхозов и т. д.

б) Беспощадная борьба со всеми видами кулацкой агитации против колхозного строительства, как то: агитация против вступления в колхоз, агитация за убой скота и разбазаривание имущества перед вступлением в колхоз, агитация за уменьшение посевной площади, за непроведение агроминимума, против лесозаготовок, — все эти и ряд других форм кулацкой агитации должны встретить со стороны судебных органов решительный и беспощадный отпор. Особое внимание судебных органов должно быть обращено на использование кулаком в агитационных целях религиозных предрассудков (сектантство) и отсталых настроений женщин.

в) Беспощадная борьба против всех остальных видов кулацкого сопротивления мероприятиям партии и правительства, в чем бы это сопротивление ни выражалось. В частности, необходимо обратить внимание на политическое хулиганство.

Хулиганство, имеющее в своем результате срыв тех или иных мероприятий власти, тех или иных общественных или культурных начинаний, должно встретить со стороны судебного аппарата самый решительный отпор в виде определения максимальных мер, предусмотренных 2 частью 74 ст. УК, если это хулиганство не перерастает в активное выступление кулачества, направленное к срыву того или иного мероприятия власти. В этом последнем случае необходимо применять в зависимости от конкретных обстоятельств дела одну из статей о контрреволюционных преступлениях.

В ряду отдельных форм сопротивления кулачеств против мероприятий партии и правительства особо социально опасный характер имеют выступления кулачества на фронте лесозаготовок, имеющих громадное значение как для задач индустриализации страны, так и коллективизации сельского хозяйства.

К кулацко-зажиточным элементам деревни, уклоняющимся от выполнения самообязательств сельских сходов на вывозку лесоматериалов, суды должны применять 61 ст. УК, причем порядок применения этой статьи определяется постановлением пленума краевого суда от 9 декабря 1929 г.

г) Наряду с принятием решительных мер против кулаков, противодействующих мероприятиям партии и правительства, расхищение или разбазаривание экспроприированного у кулаков имущества должностными лицами, присвоение этого имущества или передача его не по назначению должно иметь самый решительный отпор со стороны судебных органов.

По всем перечисленным преступлениям, перечень которых отнюдь не является исчерпывающим, судебные органы должны обеспечить быстроту и суровость репрессий, ориентируясь при этом на общую политику ликвидации кулачества как класса, иными словами, суды должны широко применять к кулакам конфискацию всего имущества и средств производства и ставить вопрос о высылке и ссылке кулаков.

Само собой разумеется, что в проведении всей судебной политики суды должны чрезвычайно тщательно выяснять классовое лицо обвиняемых с тем, чтобы меры репрессии, направленные против кулака, ни в какой степени не задевали средняка и бедняка.

Задачи судебных органов в борьбе за развертывание колхозного строительства

Совершенно очевидно, что помимо активных выступлений кулачества против мероприятий партии и правительства в области колхозного строительства антисоветский элемент пытается и будет пытаться подорвать изнутри работу колхозов. Точно так же очевидно, что развертывание строительства колхозов может тормозиться расхлябанностью, халатностью отдельных должностных лиц, неправильным разрешением споров имущественного порядка между членами колхозов, неправильной организацией труда и быта в колхозах и т. д.

Задача судебных органов в области разрешения всех дел, возникающих на почве болезненных явлений в работе колхозов, заключается в необходимости решительного подчинения судебной политики общим задачам колхозного строительства.

Судебные работники должны проявить в этой работе максимальную гибкость и классовую бдительность, судебные работники должны научиться различать недочеты в работе колхозов, являющиеся результатом выступления классового врага, от недочетов, являющихся по сути дела только болезнями роста колхоза.

Конкретные задачи судов в этой области, в основном, сводятся к следующему:

а) Решительная борьба со всеми видами лжеколхозов, заключающаяся как в борьбе с попытками кулака пролезть в колхоз с целью взрыва его изнутри, разложения хозяйства, внесения вражды в среду членов колхозов и т. д., так и борьбе с отклонением отдельных колхозов в своей деятельности от общей линии партии и правительства в области колхозного строительства, в частности, использование колхоза в целях укрепления за счет средств колхоза индивидуальных хозяйств (см. постановление СНК ССР от 28 декабря 1928 г., СЗ, № 3, 1929 г., и постановление СНК РСФСР от 27 марта 1929 г., Известия, № 79, 1929 г.)

Уголовное преследование должно возбуждаться не только против кулаков, проникших в колхоз и ведущих там вредительскую работу, но также против должностных лиц, допустивших организацию и дальнейшее существование лжеколхозов (ст. 111-а и 129-а УК).

б) Беспощадная борьба со всеми видами вредительства внутри колхозов, имея при этом в виду, что наряду с вредительскими действиями классового врага, проникшего в колхоз, мы имеем еще ряд случаев, когда вредительство является результатом собственнических настроений отдельных членов колхоза, средников и бедняков, не проникшихся еще идеей коллективизации и смотрящих на колхоз как на средство для получения личных благ.

Оба эти вида вредительства, имеющие, правда, разную социальную опасность, должны встретить со стороны судебных органов решительный отпор, причем в отношении вредителей — классовых врагов судебная репрессия должна быть безотговорочно суровой, в отношении же средняков и бедняков, допустивших вредительство, суды, наряду с проведением решительной борьбы с ними, должны иметь в виду двухстороннюю природу средняка и бедняка, в силу чего меры репрессии должны носить также и воспитательный характер.

в) Решительное подчинение всей работы судебного аппарата на ближайшее время задачам весенней посевной кампании в соответствии с указаниями циркуляра крайсуда № 21 и приказа № 1 от 18 января с. г.

г) Решительная борьба с халатностью, разгильдяйством должностных лиц, с злоупотреблением властью и другими должностными преступлениями, повлекшими за собой дезорганизацию колхоза, невыполнение государственных планов и заданий, задержку в возврате ссуд и т. д.

Точно так же необходимо привлекать к ответственности должностных лиц, извращающих методы коллективизации путем вовлечения в колхозы бедняков и средняков мерами административного принуждения.

Особое внимание должно быть обращено на правильное использование и своевременное отчисление фондов кооперирования и коллективизации деревенской бедноты и батрачества, имея в виду, что невыполнение должностными лицами этой директивы правительства тормозит дальнейшее развертывание колхозного строительства.

Наряду с проведением этой решительной борьбы с преступлениями должностных лиц в колхозах необходимо проявить особую чуткость в отношении новых кадров рабочих, направляемых сейчас в помощь колхозному строительству.

В первый организационный период, в условиях обостренной классовой борьбы едущие сейчас в деревню рабочие, несомненно, столкнутся с рядом трудностей, столкнутся с попытками классового врага дискредитировать их работу, в результате чего могут возникнуть уголовные дела по обвинению рабочих в халатности, злоупотреблении властью и проч.

Судебные органы должны проявить по этим делам, если они почему-либо возникнут, максимальную четкость и гибкость, перенося центр тяжести своего расследования на причины возникновения этих преступлений, на виновников создания ненормальных условий работы рабочим, направленным в помощь колхозному строительству.

д) Особое внимание должно быть уделено привлечению к уголовной ответственности кулацко-зажиточных элементов деревни, незаконно получивших или не возвративших взятые ссуды из организаций с/х кредита. Суды должны руководствоваться по этим делам установками, имеющимися в докладе УКК Верховного суда за первую половину 1929 г. (Судебная практика, № 1, 1930 г.)

е) Особо серьезные задачи стоят перед судорганами в области разрешения дел, связанных с вопросами труда и быта колхозников.

В суды уже начинает поступать ряд специфических дел, как уголовных, [так] и гражданских, возникших на почве недостаточной организации быта колхозов. Сюда относятся дела о хулиганстве, драках, имущественных спорах между членами колхозов, дела о выходе из колхозов, трудовые конфликты и т. д.

Линия суда по всем этим делам должна заключаться в стремлении помощью судебной политики способствовать оздоровлению работы колхозов, пресечению рваческих, собесовских настроений отдельных членов колхозов, сигнализации вышестоящим органам о болезненных явлениях, выявленных в процессе/ рассмотрения дел, проведению воспитательной работы.

В частности, по делам о выходе из колхозов суд обязан каждый раз тщательно исследовать причины выхода и имея в виду, что, как общее правило, выход батрака, бедняка и средняка из колхоза свидетельствует о том или ином болезненном явлении в колхозе, о котором суд обязан сигнализировать колхозсоюзу.

Особо стоит вопрос об алиментах к членам колхозов. Постановлением президиума Верховного суда от 8 декабря 1929 г. (Судебная практика, № 1, 1930 г.) этот вопрос разрешается только в отношении ответчиков, состоящих членами с/х артелей и товариществ [по] совместной обработке земли. Впредь до издания специального узаконения в отношении ответчиков — членов коммун, необходимо руководствоваться постановлением пленума крайсу-да от 5 февраля с. г.

Задачи судебных органов в области перестройки темпа и методов своей работы

Перечисленные выше общеполитические задачи судебных органов со всей решительностью выдвигают необходимость коренного перелома в темпе и методах работы всего судебного аппарата.

Четкое проведение классовой линии по всем делам, связанным с колхозным строительством, с политикой ликвидации кулака как класса возможно лишь при условии мобилизации внимания каждого судебного работника вокруг правильного понимания поставленных сейчас партией и правительством политических задач, лишь при условии, что вся работа судебного аппарата в деревне будет решительно подчиняться этим политическим задачам.

В гораздо большей степени, чем до сих пор, выдвигается необходимость тщательного и систематического изучения судебной практики по делам, связанным с колхозным строительством, с тем, чтобы на основе этого изучения весь судебный аппарат четко представлял себе методы и тактику классового врага в условиях новой политики партии, направленной к ликвидации кулачества.

Особое внимание необходимо обратить на работу кассационных коллегий, организовав в процессе их работы повседневное политическое руководство окрсудами, тщательно проверяя периодическую работу кассационных коллегий с тем, чтобы обеспечить действительное единство руководства.

Необходимо добиться органической связи судебных работников с колхозами, повседневного обслуживания их юридической помощью, выражающейся не только в даче юридических советов, но также и реальной помощи в деле оформления вновь организуемых колхозов, ибо только при том условии, что каждый судья будет хорошо знать все условия быта и работы колхозов и их организационное построение, только при этом условии он сможет подчинить разрешение каждого дела общим задачам социалистической реконструкции сельского хозяйства.

Необходимо добиться решительного перелома в темпе работы всего судебного аппарата. Надо во что бы то ни стало закрепить достигнутые судебным аппаратом края в период последней хлебозаготовительной кампании темпы. Надо добиться, чтобы сроки прохождения всех без исключения дел исчислялись не месяцами и даже не неделями, а днями.

Проведение задач, связанных с колхозным строительством, и в связи с этим ликвидация кулачества как класса является генеральной проверкой классовой выдержанности и стойкости судебных органов как боевых органов диктатуры пролетариата.

Председатель Сибкрайсуда Мерэн

Краевой прокурор Сибири Бурмистров

(ГАНО. Ф. 1027. Оп. 6. Д. 15. Л. 11—12 об.)

Бурмистров Виктор Михайлович Проект Бессмертный барак

Короткие и порой отрывочные сведения, а также ошибки в тексте - не стоит считать это нашей небрежностью или небрежностью родственников, это даже не акт неуважения к тому или иному лицу, скорее это просьба о помощи. Тема репрессий и количество жертв, а также сопутствующие темы так неохватны, понятно, что те силы и средства, которые у нас есть, не всегда могут отвечать требованиям наших читателей. Поэтому мы обращаемся к вам, если вы видите, что та или иная история требует дополнения, не проходите мимо, поделитесь своими знаниями или источниками, где вы, может быть, видели информацию об этом человеке, либо вы захотите рассказать о ком-то другом. Помните, если вы поделитесь с нами найденной информацией, мы в кратчайшие сроки постараемся дополнить и привести в порядок текст и все материалы сайта. Тысячи наших читателей будут вам благодарны!