Осипов Яков Васильевич
Осипов Яков Васильевич
Осипов Яков Васильевич
Дата рождения:
__ __ 1888г.
Дата смерти:
9 апреля 1938г., на 51 году жизни
Социальный статус:
бухгалтер Тихвинского леспромхоза
Образование:
грамотный
Место рождения:
неизвестно
Место проживания:
Тихвинский район, Ленинградская область, Россия (ранее РСФСР)
Место захоронения:
Левашовская пустошь мемориальное кладбище, Санкт-Петербург (ранее Ленинград), Россия (ранее РСФСР)
Дата ареста:
21 февраля 1938г.
Приговорен:
Особой тройкой УНКВД ЛО приговорён по ст. ст. 58-10-11 УК РСФСР
Приговор:
к высшей мере наказания — расстрелу с конфискацией лично ему принадлежащего имущества
Источник данных:
протокол Особой тройки УНКВД ЛО № 338
  • ФОТОКАРТОТЕКА
  • ОТ РОДНЫХ
  • ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
ФОТОКАРТОТЕКА
Осипов Яков Васильевич Осипов Яков Васильевич
Осипов Яков Васильевич Проект Бессмертный барак
ОТ РОДНЫХ

Мой прадед (отец бабушки, Осиповой Елены Яковлевны, она в центре фотоснимка)

Осипов Яков Васильевич (1888-1938), бухгалтер Тихвинского леспромхоза, Особой тройкой УНКВД ЛО (секретарь Обкома ВКП(б) – Кузнецов, прокурор Ленинграда – Позерн, начальник УНКВД – Литвин) приговорён по ст. ст. 58-10-11 УК РСФСР к высшей мере наказания. На основании протокола № 338 от 20 марта 1938 г. решено: Осипова Якова Васильевича расстрелять, лично принадлежащее имущество конфисковать. Расстрелян 9 апреля 1938 г. Предположительно захоронен в «Левашовской пустоши» под Санкт-Петербургом.

Серебряная медаль «За усердие» – царская награда волостному писарю Куневичиской волости Тихвинского уезда Новгородской губернии Осипову Якову Васильевичу. Медаль, полученная в 1912 г. и обнаруженная в металлической коробке со старыми гвоздями и пуговицами во время обыска и ареста в 1938 г., стала единственной вещественной уликой в деле НКВД по обвинению Осипова как участника контрреволюционной повстанческо-террористической эсеровской организации.

А какие ещё были доказательства его вины, кроме медали? Якобы до революции был секретным агентом полиции (основание: его жена Осипова Мария Спиридоновна – в девичестве Григорьева – была дочерью полицейского урядника). Якобы уже в советское время, будучи бухгалтером Леспромхоза, «…задерживал выдачу зарплаты и срывал снабжение инструментами колхозников» (доказательства не приводятся). Якобы «...на тайном собрании эсеров, под видом пьянки, в доме у свояков – Обернибесовых, спел вместе с ними гимн „Боже царя храни“» (смешно и грустно, но тем не менее, если приведено в следственном деле, должно быть и доказано, хотя бы показаниями свидетелей, – доказательства не приводятся). Вот, пожалуй, и всё, если не считать самооговоров: «да, я клеветал на социалистическое правительство; да, я восхвалял фашистский строй; да, я проводил эсеровскую агитацию среди крестьян». Способы получения и цена таких признаний хорошо известны. У начальников Тихвинского райотдела НКВД Варюхичева и Власова, наверное, «следовательская» работа была организована, как везде в то время, по-злодейски. Между днём ареста и первым допросом (через неделю) формально нет каких-либо встреч, но уже в первом протоколе подследственный даёт решительное согласие быть откровенным, сотрудничать со следствием и признаётся, что на протяжении ряда лет занимался контрреволюционной деятельностью. Ещё через две недели (видимо, быстро не «клеилось», всё-таки с чем-то не соглашался!) в протоколе появляются «…дополнительные показания обвиняемого», в которых гладко фиксируются признания вины и изобличения главного фигуранта по делу – Тихомирова П. М.

В обвинительном заключении говорится, что Осипов Я. В. признал себя виновным полностью и изобличается показаниями других обвиняемых. Но есть небольшая деталь в одном эпизоде. Да, он признаётся и подписывается под словесными идеологическими штампами в свой адрес, вроде: «заговорщик», «террорист», «вредитель», «враг ВКП(б) и социалистического строя»; но когда его спрашивает следователь: «Значит, вы являлись тайным полицейским агентом?», отвечает с пониманием юридической тонкости: «Я подписку быть полицейским агентом не давал». То есть, можете называть меня хоть шпионом, хоть агентом, – согласен, а по сути – нет. Ведь известно, полицейские агенты, даже тайные и нештатные, всегда дают такие подписки, и проверить это легко по старым архивам, которыми распоряжается НКВД. Так что не врал Осипов – не был он агентом полиции.

Как случилось, что он оказался в «кровавой колеснице»? Ответ почти очевиден – был приметен в своём небольшом городке умом, инициативой и старанием – всем тем, что в старые времена называлось УСЕРДИЕМ.

Осипов Яков Васильевич крестьянского происхождения. Его отец, как сказано в следственном деле, – середняк: имел дом, лошадь, трёх коров, трёх овец, трёх телят. Яков Васильевич получил образование лишь в сельской школе, но стал грамотным служащим, отцом большого семейства, жившего в относительном достатке в своём двухэтажном деревянном доме. В 1917 г., работая в Земской управе, был избран по спискам кадетов в Тихвинскую городскую думу. И позже, в советское время, работал в различных учреждениях лесной промышленности и жил по провинциальному укладу. Большая семья, заботы, хозяйство и жизненные проблемы простого человека – мещанина в хорошем смысле слова. И вот арест, расстрел.

Его восемь детей «трудно поднялись» с тяжёлой печатью: «отец – враг народа», которую носили восемнадцать лет. А после полной, но формальной реабилитации в 1956 г. чиновничье и социальное недоверие к детям «врагов» негласно сохранялось ещё долго. Так что пришлось детям Осипова испытать на себе и унизительные ограничения, и обиды от власти, виновной в их главной жизненной трагедии.

А внуки, правнуки? Очень жаль, что им уже не досталось живого общения с достойным человеком. Но хуже то, что в родовой, и не очень давней, истории возникла характерная для этого смутного времени пустота. Кто он, кто его родители, родственники, друзья? Эти темы, в прошлом «неудобные» или даже запретные для обсуждения, сегодня сложны, так как поговорить уже не с кем. Все ушли в мир иной, и мало что известно о безвинно расстрелянном, кроме того, что можно прочесть в следственном деле НКВД. Очень мало человеческих воспоминаний, и трудно написать даже крошечный очерк о «забытом имени», о бухгалтере из г. Тихвин, которому невозможно было понять, как впрочем, и нам – «за что»? Но взгляните на старую фотографию, сохранённую во благо: красивые лица, добрая русская семья, – и вспомнится роковая царская награда «За усердие».

Александр Николаевич Осипов [мой двоюродный дядя, его отец на фотокарточке крайний слева] 
г. Новосибирск

Яков Васильевич Осипов и 17 его однодельцев во главе с Петром Михайловичем Тихомировым расстреляны согласно протоколу Особой тройки УНКВД ЛО № 338. В предписании на расстрел их порядковые номера 55–72. Всего в предписании значатся 99 приговорённых к высшей мере наказания. Все считаются расстрелянными 9 апреля 1938 г.

от Татьяна Лабузова

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

смотри информацию от родственников

________ . __________

Расстрелян: 1938 г.

Место захоронения: Ленинград.

Источник: Ленинградский мартиролог. Т. 9 : Март - апрель 1938 года : Словник.

Источник: memo.ru

Короткие и порой отрывочные сведения, а также ошибки в тексте - не стоит считать это нашей небрежностью или небрежностью родственников, это даже не акт неуважения к тому или иному лицу, скорее это просьба о помощи. Тема репрессий и количество жертв, а также сопутствующие темы так неохватны, понятно, что те силы и средства, которые у нас есть, не всегда могут отвечать требованиям наших читателей. Поэтому мы обращаемся к вам, если вы видите, что та или иная история требует дополнения, не проходите мимо, поделитесь своими знаниями или источниками, где вы, может быть, видели информацию об этом человеке, либо вы захотите рассказать о ком-то другом. Помните, если вы поделитесь с нами найденной информацией, мы в кратчайшие сроки постараемся дополнить и привести в порядок текст и все материалы сайта. Тысячи наших читателей будут вам благодарны!