Сталинск в годы репрессий. (Воспоминания. Письма. Документы)

Сталинск в годы репрессий. (Воспоминания. Письма. Документы)

"Память активна. Она не оставляет
человека равнодушным, бездеятельным.
Она владеет умом и сердцем человека.
Память противостоит уничтожающей
силе времени и накапливает то, что
называется культурой. Память, повторяю, преодоление времени,
преодоление смерти. В этом ее величайшее
нравственное значение. Беспамятный
это прежде всего человек неблагодарный,
безответственный, бессовестный, а,
следовательно, в какойто мере и не способный
на бескорыстные поступки."
Лихачев Д.С.,"Раздумья"

"Мы дети страшных лет России
Забыть не в силах ничего".
А.Блок

ВОСПОМИНАНИЯ УЗНИКОВ ГУЛАГА.

В День Памяти жертв политических репрессий в наш го родской краеведческий музей приходят многие из тех, чьи сердца опалены жестокостью государственной политики тридцатых годов. Сегодня даже потомкам пострадавших далеко за пятьдесят. Они приносят цветы и ставят их в экспозиции, посвященной тем дням, к фотографиям своих родных, вспоминают...

Светлане Алексеевне Кульбачко было всего два года, когда арестовали ее отца Александра Александровича Александрова. В музей вместе с цветами она принесла и свой альбом, в котором собрала то немногое, что осталось в память об отце: фотогра фии, два свидетельства о смерти, справка о реабилитации и газетная статья...

Перед арестом А.А.Александрова исключили на общем собра нии из партии. В семье чудом сохранилась газета "Большевистская сталь" от 1938 г. с заметкой об этом событии " Клеветница Волкова исключена из партии 0" (текст цитируется без сокращений). "Общее собрание парторганизации коммерческого уп равления 4го февраля обсудило решение январского Пленума ЦК ВКП(б). Собрание прошло на уровне острой большевистской самок ритики. Выступающие коммунисты вскрыли ряд ошибок, которые до пускала парторганизация в своей работе.

Пробравшиеся в парторганизацию враг народа Александров и его пособники Кучеров и Волкова пытались прикрыть свои анти партийные дела при помощи клеветы и репрессий в отношении честных членов партии. Почти все члены и кандидаты партии ком мерческого управления были под подозрением. Из общего коли чества парторганизации 32 членов и кандидатов партии 28 по лучили партийные взыскания.

Клеветница Волкова оклеветала старого большевика, честно го коммуниста тов.Моржина, приписав ему связь с врагами наро да. Тов.Моржин сейчас восстановлен в партии. Волкова клеветала также на кандидата партии Шелухина и требовала исключения из партии за "хранение журнала, в котором ктото видел снимки врагов народа". Волкова путем клеветы и двурушничества, прик рываясь криками о мнимых врагах, на деле была пособницей ди версанта своего мужа и тестя. Разжигала недовольство у рабо чих, задерживая выдачу спецодежды. Вместо доброкачественных рукавиц...(текст на сгибе листа стерт). Когда ее муж был арестован, она хотела и тут укрыться от ответственности, зая вив, что с мужем разошлась. Ф.Петров"

Нетрудно заметить, что в заметке описан один из самых от работанных и часто повторяющихся ходов карательных органов: ложное обвинение, исключение из партии, критическая заметка в газете, а после арест. В частности, А.А.Александрова аресто вали через пять месяцев после злополучного собрания, и, после пристрастных допросов с двадцатичетырехсуточным стоянием на ногах (был и такой способ пытки!), 7 июня 1938 г. военная кол легия Верховного суда СССР приговорила его к расстрелу.

Светлую память о своем отце Аульченко Василии Петровиче, расстрелянном в возрасте 45 лет, хранят его дети их пятеро. Подлинную дату и истинную причину смерти своего отца они узна ли только в 1990 г. Пятьдесят три года органы НКВД хранили тайну смерти обычного счетовода железнодорожной станции Ново кузнецкая. Вот несколько строк из воспоминаний, написанных старшим сыном Михаилом: "Репрессии прокатились по нашей семье дважды. Благодаря трудолюбию родителей мы жили в достатке. В 1931 г. наше хозяйство назвали кулацким и наложили твердое за дание, выполнить которое отец был не в силах. За это его осу дили на два года тюрьмы и ссылкой в один из отдаленных районов страны. Нас сослали в Нарым, а затем переэтапировали на Куз нецкстрой. Отец, вернувшийся из тюрьмы, сказал слова, запом нившиеся мне на всю жизнь:"Ничего, и там солнце светит".

Каждая строчка воспоминаний наполнена болью за отца. Дети, вспомнили все: его болезнь, увольнение с работы по навету, второй арест."На все запросы об отце сведения давали ложные: осужден на 10 лет без права переписки, отправлен на Дальний Восток в бухту Нагаева, умер от ... и т.д.

А он в это время уже был расстрелян. И где захоронен неизвестно. Это ли не кощунство?! 2 июля 1957 г. реабилитиро ван посмертно."

Прошлое... Каждое обращение к нему посвоему обогащает нашу современную жизнь. Прошлое трудно забыть, и тем труднее, чем оно трагичнее. 20 августа 1988 г. в музей пришло письмо из поселка Абагур от Мутанэ Е.В., в котором она пишет от имени матери и сестер о репрессированном в 1937 г. отце, Гридине Василии Андреевиче: "На окраине поселка Абагур, между горой и р.Томь, в тупике, сохранился с 30х годов десяток домиков. И это местечко до сего дня именуется "Спецпоселок". До 1933 г. там содержались осужденные сибирских лагерей особого назначе ния (СибЛОН).

В июле 1933 г. прибыл в этот тупик эшелон со спецпересе ленцами с Украины. В "телячьих" вагонах с двухэтажными нарами, с закрытыми зарешеченными окнами, под охраной, по 56 семей. Везли целый месяц, лишенных без прав, тружеников полей, имену емых "раскулаченные". А у этихто "кулаков", кроме пятерых де тей да коровы, ничего и не было.

Охрана сдала по списку нас всех, кто остался жив (а мно гие в пути умерли), коменданту. Поселили нас в "зековские" клопяные бараки по 56 семей в секции, и началась наша ссыль ная жизнь. Нам повезло с комендантом он оказался человечным и справедливым. С его помощью мы ожили. Вскоре открылся детский сад, столовая, школа, клуб, около клуба садикцвет ник и танцплощадка. Взрослые работали на лесобирже, вылавлива ли лес из реки и грузили в вагоны. Улучшался быт. Бараки пере оборудовали в отдельные квартирыкомнаты. В магазин завозились все нужные товары и продукты.

Но наступил горестный тридцать седьмой год. Из ста мужчин в ночь на 7е августа было арестовано 58 человек. И ни один из них не вернулся. Ко всем, кто был в списках, разошлись сотруд ники НКВД и штатские коммунисты. К нам зашел человек в штатском. Видит комната 3х3, и нас в ней семь человек. Он все понял, какого "врага народа" уводит от пятерых детей. О каком обыске могла идти речь? На виду две "постели" из досок да стол. Он сказал отцу: "Одень, что получше. Может, есть деньги или еда , возьми с собой. Ты уходишь надолго. Прощайся с детьми." Мы пятеро повисли на нем. Целуем, плачем. Человек вышел тоже со слезами на глазах.

Жизнь наша стала трудной да еще и унизительной. С малых лет мы трудились как муравьи, учились. Даже летом не приходи лось отдыхать: заготавливали на зиму дрова, ходили за ягодой, грибами, водились с чужими ребятишками. Помогали, слушались, жалели и берегли маму. Она тянулась из последних сил: работала уборщицей, водилась с чужими детьми, копала чужим людям кар тошку, чтобы только одеть нас, школьников, прокормить.

Об отце писали в разные адреса и получали такие ответы: осужден на 10 лет без права переписки, умер в 1942 г. А в 1962 г. сообщили о его реабилитации. И только в 1988 г. узнали, что отец расстрелян 16 августа 1937 года. А где? Место захоронения неизвестно, как и всех 58 человек, взятых в одну ночь вместе с ним. Моя мама только в 91 год узнала правду о своем муже."

Насколько страшна и обильна была кровавая страда в трид цать седьмом году, убедительно говорят выписки из документов:
5 июля 1937 г. в артели Д.Бедного взято сразу 46 человек (всем инкриминирована подготовка к вооруженному восста нию);
19 июля 1937 г. расстреляны 65 человек , в том числе Гагарин А.А., князь, отпрыск знатного рода. Он проходил по делу Халецкого и попал под "рубрику", обозначенную Сталиным на 17 съезде ВКП(б), "бывшие офицеры и урядники". В качестве соу частников, якобы создавших мощную монархическую организацию, шли по делу бывшие офицеры белой армии: Волков, Турчанинов, Левченко и другие. Все они работали на Кузнецком металлурги ческом комбинате;
7 августа 1937 г. в поселке Абагур арестовано в одну ночь 58 человек. Ни один из них не вернулся;
17 августа 1937 г. вместе с Тарасовым В.З., бухгалтером "Горлесземтреста", расстреляно 9 человек (Грачев С.П., Зуев М.И., Листратов В.З., Тимошин С.Т., Ладыгин Ф.Д., Сафонов);
29 августа 1937 г. вместе с Гилевым А.В., рабочим золо того прииска "Сейзак", взято 10 человек (Соболев А.В., Образ цов В.Е., Савин, Костерин, Клепиков, Лоскутов, Почухнев, Рев кин арестованы как участники вредительской группы);
25 сентября 1937 г. расстреляли Аульченко В.С., счето вода райтранспита станции Новокузнецкая, и вместе с ним еще 10 человек ;
10 октября 1937 г. расстрелян электрик КМК Бородовский П.К. Вместе с ним по делу проходили еще 41 человек , обвиненные в контрреволюционной деятельности;
12 декабря 1937 г. расстреляно 26 шахтеров ;
25 декабря 1937 г. расстрелян Бобыкин И.П., учетчик КМК. Его и еще 12 человек обвинили в участии в повстанческой контрреволюционной организации. В этот же день расстрелян про давец КОГИЗа Владимирский П.К.;
29 декабря 1937 г. вместе с мастером столярного цеха КМК Зудиловым Ф.Е. расстреляли 20 человек . Жители села Ильинки хорошо помнят ночь, когда арестовали и увезли в вечность сразу 56 человек! На Верхней Колонии в 8квартирном доме семь семей остались без отцов. Поударному местные чекисты завершали год!

Итак, за несколько дней арестовано и приговорено к расстрелу 431 человек ! Цифра красноречивая, но далеко не исчерпывающая. Сколько же осталось за чертой неизвестности та ких трагических дней?

Расправляясь со своими соотечественниками, стоящие у власти, вероятно, исходили из общеизвестного высказывания Ста лина:"Когда гибнет один человек это трагедия. Когда гибнут тысячи это статистика."

За последние годы мир узнал много чудовищного. В том числе и то, что партия коммунистов могла сделать невозможное возможным. А именно? Член ЦК ВКП(б), зам.Наркома тяжелой про мышленности Пятаков Г.Л., откровенно говорил по этому поводу: "... если же для достижения ее побед, для осуществления ее це лей партия потребует белое считать черным я это сделаю." И делали! Такая безоглядная вера в правоту всего безоглядно тво римого затмила свет многим, и тьма поглотила первую в мире страну социализма. Война, объявленная правительством собствен ному народу, привела к краху народных вековых традиций, разру шению семей, уничтожению духовности.

В деревне Бедарево жил священнослужитель Никольский Васи лий Владимирович, 1873 года рождения, уроженец станции Степная бывшей Уральской области. В семье было три дочери, три сына да жена Екатерина Кирилловна. На день ареста дочь Клавдия, сы новья Павел, Дмитрий и Михаил жили в ЛенинскеКузнецком, доче ри Анна и Августа в Томске. Шестидесятичетырехлетнего свя щеннослужителя арестовали 14 августа 1937 года и обвинили в том, что он якобы активный участник контрреволюционной повстанческой организации, проводил антисоветскую агитацию среди жителей деревни Бедарево. Постановлением тройки УНКВД по ЗападноСибирскому краю он был приговорен к расстрелу. 9 сен тября приговор приведен в исполнение. Неизвестно ни место расстрела, ни место захоронения. Известно только то, что В.В.Никольский содержался после ареста в старокузнецкой тюрь ме.

Как результат семейнородовой памяти осталась у потомков вера в бога, в его милость. Во многих воспоминаниях встреча ются: "Мои родители были верующие люди, и никому не творили зла, молились за существующую власть", "Выжили в трудное время благодаря Божьей помощи да добрым людям".

Террор обрушился на головы не только верующих и беспар тийных людей. Государственная машина уничтожения прокатилась по самым известным и, казалось, незаменимым людям города. Это были не гонимые спецпереселенцы, а приехавшие на стройку по зову сердца энтузиасты с неугасимой верой в общество ра венства, народовластия и справедливости.

После XVI съезда ВКП(б), именуемого в истории съездом развернутого строительства социализма по всему фронту, на строительство КМК были направлены лучшие партийные, комсо мольские и профсоюзные кадры. Среди них Франкфурт С.М., на чальник строительства, Хитаров Р.М., сначала бывший секретарем парткома стройки, а после секретарем горкома партии. Обоих ра бочие любили за демократичность, деловые качества и доброе от ношение к людям. На Кузнецкстрое работал и Дзендзель С.М., не утомимый молдаванин, жадный до работы , он постоянно учился, и был организатором первой комсомольскомолодежной бригады, а позже заместителем начальника мартеновского цеха.

Их труд был отмечен высокими правительственными награда ми. Но вторая волна репрессий, накатившая мощным валом на страну, унесла жизни и этих энтузиастов. Прошло более пяти десяти лет с тех пор, но сквозь толщу времени вопросительно смотрят на нас их глаза: "За что ?"

Жертвы политических репрессий, согнанные в Кузбасс насильно, стали первостроителями шахт, Кузнецкого металлурги ческого комбината, и уже потом совершенно искренне и постаха новски работали в войну.

Поистине драгоценны свидетельства очевидцев того времени и особенно тех, кто через всю свою жизнь пронес клеймо "ЧСИР" член семьи изменника родины.

Георгию Петровичу Щербакову было девять лет, когда к ним в дом заявились "ночные гости": "И вот первого октября 1937 года настал для нас черный день забрали отца. Память железной рукой отбрасывает меня в прошлое, вспоминает он, я вижу наш разоренный дом, отца, стоящего в окружении, и всю нашу перевернутую жизнь. Через три дня несколько осиротевших женщин отправились в город в "первый дом" узнать о судьбе сво их мужей, так их и близко не подпустили, прогнали прочь, да еще и пригрозили, что и их надо арестовать. И повалились на семью напасти: брата уволили с работы и на все его просьбы о восстановлении требовали, чтобы отрекся от отца. Он условно отрекся: надо было прокормить нас, и я его не осуждаю. Всю жизнь моя мама тянулась изо всех сил, чтобы вырастить и про кормить троих детей. Теперь в живых остался я один.

В конце 1994 года на свой запрос об истинной причине смерти моего отца и точной дате гибели я получил казенную от писку: "Осужден 10.О9.37г. тройкой УНКВД. Реабилитирован 13.12.57г. Дело прекращено." Итак, "зло не падает на колени и не просит у Бога прощения за обман и кровь"...

Не может закрыть окно в прошлое дочь расстрелянного в 1937 году Зудилова Федора Ефимовича: "Отец, уходя, говорил, что скоро вернется, что это недоразумение. Мама стала ездить в Старокузнецкую тюрьму с передачами: черный хлеб, табак, сало. Трамваи ходили плохо, а потому выходила с ДОЗа затемно и шла пешком. Народу около тюрьмы собиралось много и приходилось стоять целый день в ожидании своей очереди. Однажды брату пришло письмо от отца без обратного адреса. Вскрыли конверт, а там клочки бумаги, и все пронумерованы и исписаны мелким от цовским почерком . Он писал, что его обвиняют в том, о чем и говорить страшно. В камере так много людей, что нечем дышать. Все стоят, а ложатся по очереди. Еще он писал, чтобы мама бе регла детей и что он обязательно вернется и просил, чтобы мама прошла по тропинке в Топольниках, где они из камерного окошка видят эту тропинку. В назначенный день у мамы поднялась темпе ратура, она вся горела, как в огне, и не смогла пойти.

После этого дня передач у нее больше не принимали. В НКВД ей сказали, что Зудилов Ф. Е. осужден по статье 58 как " враг народа" на 10 лет. Вскоре из домоуправления стали присылать записки с требованием освободить жилплощадь за 24 часа.

Соседи, бывшие до ареста нашими лучшими друзьями, вдруг стали кляузничать на нас по мелочам. И только одну семью мама велела запомнить на всю жизнь это семья Фенстеров. Они вери ли, что отец и все остальные "враги народа" ни в чем не повин ны. Украдкой от окружающих нас людей их мать прятала для нас в укромных местах то уголь, то дрова и шептала маме, где взять.

К нам относились, хуже не придумаешь. Начальники всегда кричали на маму, что она жена "врага народа". Долго не давали отцовскую зарплату на ДОЗе. Мама, доведенная до отчаяния, на писала письмо в НКВД: "Либо посадите, либо дайте спокойно растить детей". Маму вызвали в НКВД и долго мирно разговарива ли. А по жалобе приезжала комиссия из Новосибирска. Маму успо коили и велели пойти и получить деньги, предварительно позво нив на ДОЗ. Мама спокойно получила деньги, никто на неё больше не кричал.

Искать работу мама часто ходила с одной очень культурной и образованной женщиной женой умнейшего специалиста, осуж денного вместе с моим отцом. Прошло много лет, и при встрече эта женщина рассказывала, плача, что проработала всю жизнь только уборщицей.

Маме еще повезло: она жила под девичьей фамилией. В школе мы с сестрой лгали, говоря, что наш отец погиб, и мы живем на пенсию, хотя её никогда не получали.

В 1953 г. умер Сталин. Я, как и все в школе, сильно пла кала о нем. В 1957 г., после моих хлопот, я получила в "Первом доме" свидетельство о смерти отца, где было указано, что умер он в 1943 г. После очередного запроса прислали бумагу такого содержания: "Зудилов Ф.Е., 1911 года рождения, был расстрелян в числе других 29 декабря 1937 г. Содержался под стражей в КПЗ Сталинского ГО НКВД". Все 20 человек были необоснованно реп рессированы как участники шпионскодиверсионной организации, якобы существовавшей на КМК. 20 декабря 1957 г. они реабилити рованы.

Каждое воспоминание несет в себе дух страдания, любви и всепрощения. В живых в те годы оставляли немногих, но им была уготована тяжелая доля. Надо было обладать большим запасом жизненной энергии, здоровья, молодости, чтобы остаться в живых после 10-15 лет исправительнотрудовых работ на Севере, в Си бири, на Дальнем Востоке. Они не проливали кровь на фронтах Великой Отечественной войны, но вклад их в победу велик. За баланду, кусок хлеба, в нечеловеческих условиях, "униженные и оскорбленные", добывали они руду, уголь, строили железные до роги, шахты, заводы, рубили лес. Перед началом великих строек социализма городские НКВД получали разнарядку на поставку не обходимой рабочей силы. Работа в ГУЛагах была включена в про мышленные планы второй и третьей пятилеток. "Однажды возник нув, система принудительного труда становилась одной из важных причин массовых репрессий", так считают историки сегодня.

И гибли обреченные в болотах от голода, непосильной рабо ты, стужи, и несть числа в России безымянным могилам. Недаром письма детей, проживших без отцов всю свою жизнь, заканчива ются обычно словами:"Обидно, больно,что не осталось памяти ни фото, ни могилы".

Предисловие Л.Фойгт

СОДЕРЖАНИЕ:

Воспоминания узников ГУЛАГа:

- Белых Петр Иванович
- Бухтояров Петр Архипович
- Иванов Даниил Александрович
- Сергеев Александр Григорьевич
- Суханов Павел Емельянович
- Тихонов Михаил Андреевич
- Фурсова Мария Григорьевна
- Чукомин Иван Иванович

Письма

Документы

Памятный список репрессированных новокузнечан

ПЕРЕЧЕНЬ ДОКУМЕНТОВ ИЗ НАУЧНОГО ФОНДА НОВОКУЗНЕЦКОГО ГОРОДСКОГО КРАЕВЕДЧЕСКОГО МУЗЕЯ:

1. "Социализм непобедим!" - Статья из газеты "Большевистская сталь", 7 ноября 1936 г.

2. Проект резолюции заводского (КМК) партсобрания по отчетному докладу ЗПК (заводского партийного комитета) в 1938 г.

3. Протокол обыска, произведенного 18.09.37 г. у В.А.Заровни- ка.

4. Два свидетельства о смерти Григорьева А.П., выданные семье в 1956 г., 1989 г.

5. Ответ из Управления из Федеральной службы контрразведки по Кемеровской области на запрос Щербакова Г.П. от 11.04.94 г. за подписью нач.подразделения Скачкова.

6. Справка N 194106, выданная Белых П.И. начальником управле- ния Чай-Урьинского лагеря СВИТЛ НКВД 1 марта 1946 г. за подписью м.л. Рудакова.

7. Бланк обязательства по "займу реализации шести указаний тов. Сталина (1930-е годы).

8. "Последний путь." - статья из газеты "Правда", 10 марта 1953 г. Государственные займы СССР, размещаемые среди населения, носили практически принудительный характер (по подписке) и бы- ли в 30-х годах одним из источников индустриализации страны (а также служили показателем политической благонадежности челове- ка). Добровольные займы государство ввело с 1957 года.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Боффа Д. История Советского Союза. - Т.1. - М., 1994.

2. Валентинов Н. Разговор с Пятаковым в Париже // "Слово". - 1989. - N11. - С. 19-26.

3. Галкин А. От своей истины никуда не уйдешь // "Социндуст- рия". - 1989, 29 января.

4. Драма в письмах и документах: материалы Комиссии по реаби- литации граждан // "Кузбасс". - 1989, 15 октября.

5. Курилов И., Михайлов Н. Тайны специального хранения: о чем рассказали секретные архивы 30-50-х годов. - М., 1992.

6. Лихачев Д. Раздумья. - М., 1990.

7. Малая Советская Энциклопедия. - Т.3. - М., 1930.

8. Медведев Р. Террор против народа // "Ветеран". - 1988. - N 52. - С. 10-11.

9. Реабилитация. Политические процессы 30-50-х гг. - М., 1991.

10. Солженицын А. Архипелаг ГУЛаг. - Кемерово, 1990.

11. Спецпереселенцы в Западной Сибири, 1933-1938 гг. - Новоси- бирск, 1993.

12. Спецпереселенцы в Западной Сибири, 1933-1938 гг. - Новоси- бирск, 1994.

13. Фойгт Л. Их прах в родной земле? // "Кузнецкий рабо- чий". - 1989, 6 декабря.

29 ноября 2018
102