Семейная история
Семейная история
Семейная история
История повторяется
4 090
История повторяется
«Бабушка нам иногда рассказывала о своей жизни, сама плачет, вспоминать, видно, тяжело было, поэтому это было редко, но все ее воспоминания очень сильно врезались в память», - начала свой рассказ Марта Хан. История о насильственном переселении корейцев в годы сталинских репрессий.
Тятя и мы
10 778
Тятя и мы
В семье Петра и Елены Черкашиных одна за другой появлялись Мария, Маремьяна, Катерина и когда, наконец-то, появился четвертый - Коля, предела радости родителей не было. Как-никак «будущий кормилец», одно появление которого на свет божий вдвое увеличивало земельный пай. Прибавилось работы, но и отдача была соответствующей. В теплую летнюю пору, когда родители и сестры работали на поле, двухлетний «кормилец» находился здесь же, на меже, решая свои «мужские» проблемы, и второй задачей семьи, если не первой, предстояло уследить как бы не случилось чего непредвиденного с наследником. Но непредвиденное случилось, и не только с семьей Черкашиных. Приближался тридцатый год.
«Отец вернулся с войны без руки, а через два дня нас депортировали»
6 229
«Отец вернулся с войны без руки, а через два дня нас депортировали»
Семья Несибе Бурсеитовой познала на себе всю жестокую несправедливость депортации крымскотатарского народа. Ее отца – только-только вернувшегося с фронта без руки – выселили вместе со всеми в далекий Узбекистан.
Испытание лагерями: история любви писателя Кави Наджми и его музы
6 465
Испытание лагерями: история любви писателя Кави Наджми и его музы
Среди тех, кто пострадал от тоталитарного режима, – известный писатель Кави Наджми и его жена – переводчица Сарвар Адгамова. В тюрьмах и лагерях они остались свободными - сохранили силу духа, интерес к творчеству. Из семейного альбома фото молодых, влюблённых Кави и Сарвар, а рядом их карточки из следственных дел, сделанные в тюрьме. По счастливым, весёлым лицам как будто прошлись катком, сравняв с землёй…
Мой отец — сын врага народа
684
Мой отец — сын врага народа
Мой отец — сын врага народа. Папино лицо вполне могло быть на этой фотографии, среди малюток, отправляемых голодать в приюты под порядковым номером. Его спасло только чудо.
Сергей РУБЦОВ: Вырезанная история
12 717
Сергей РУБЦОВ: Вырезанная история
Вы только вдумайтесь в эти цифры - из более двух с половиной миллионов казаков, живших на Дону к январю 1917 года, на сегодняшний день осталось менее пятидесяти тысяч! Остальные погибли или не родились. Их родители сгинули в лагерях ГУЛАГ, полегли в оврагах и рвах общих могил, да растворились в изгнании на чужбине. Знала ли История более страшный геноцид, когда целый народ умышленно уничтожался под корень?
Погубленный род - Благово, Художиловы, Кореневы, Семёновы.
4 956
Погубленный род - Благово, Художиловы, Кореневы, Семёновы.
У каждого, как известно, есть родственники, близкие, и не очень близкие. В XX веке в нашей стране родственные связи сильно ослабли, во многом благодаря массовым необоснованным репрессиям. В отличие от многих, я дорожил родственными отношениями, интересовался судьбами людей своего генеалогического древа. И постепенно выяснилось, что 20 родственников подверглись репрессиям, одних расстреляли, других отправили в ГУЛАГ, третьих сослали и тем самым всем искалечили жизнь. И вот имена.
Рогозин Павел: Рука к потомкам.
11 610
Рогозин Павел: Рука к потомкам.
В ночь с 6 на 7 ноября 1937 г. она была арестована и получила по постановлению Особого Совещания 5 лет лишения свободы. В 1940 г. я, пятнадцатилетний мальчишка, получил в Генеральной прокуратуре в г . Москве разрешение на 3 дня свидания с мамой в лагере. От станции Потьма шла узкоколейка в глубину тайги, по которой (естественно имея документы на свидание) я добрался до лагерного пункта, где содержалась мама. Свидание происходило вне зоны в бараке. Одновременно там имел свидание с дочерью очень большой, тучный пожилой человек, который спросил у меня, что я думаю, кто он. Я сказал, что, видимо, профессор. Это вызвало у него раскатистый смех. Оказалось, это был отец Елены Николаевны Бонч-Бруевич.